– Как поживаешь, Маргарита? – он нарушает гнетущую тишину между нами.

– У меня все отлично, – вздернув подбородок, отвечаю я. Даже спустя столько лет я до сих пор пытаюсь противостоять этому человеку – в словах, во взглядах, да в чем угодно. Ведь это Градов. – Ты знаком с Антоном Григорьевичем?

– Да, в прошлом мы тесно сотрудничали. Суханов в какой-то степени мой должник. Однажды я поддержал Антона, – задумчиво произносит мужчина, будто проваливается в воспоминания. – Тогда все от него отвернулись.

– Правда? – удивленно вскидываю брови. – Антон Григорьевич не производит впечатление замкнутого или тяжелого человека, у которого могут быть проблемы в общении с людьми.

– Сомневаешься в моих словах? – Матвей весело усмехается.

– Нисколько, – серьезно отвечаю я, не разделяя веселье мужчины. – Всего лишь выражаю свое мнение.

– Оно имеет право на существование. Как устроилась? – Матвей задает неожиданный вопрос.

– Хорошо, спасибо, – коротко говорю я. – Матвей, с какой целью ты интересуешься?

– Ни с какой. Я лишь поддерживаю разговор, Марго, – мужчина намеренно выделяет мое имя, а от его хриплого голоса кожа вмиг покрывается мурашками. Черт возьми, я уже забыла эти ощущения. – Есть какие-то проблемы?

– Никаких, – безразлично пожимаю плечами, не давая себе возможности расслабиться. Только не при нем. Именно поэтому я перевожу тему на нейтральную: – Я слышала, дела компании пошли в гору.

– Да, это так, – на этот раз Матвей говорит сдержаннее. – Я и мои лучшие сотрудники приложили немало усилий для этого. Пришлось сменить половину штата, результат получился ошеломляющим."

"– К сожалению, иногда нужно чем-то жертвовать, – быстро произношу я, но тут же прикусываю язык из-за помрачневшего взгляда Градова. – Ты всегда добиваешься того, чего хочешь. Поэтому я нисколько не удивлена успехами фирмы.

– А ты давно работаешь у Суханова? – интересуется мужчина, беря с подноса подошедшего официанта бокал.

– Нет, я устроилась к нему примерно полтора года назад. Сразу же после… – я резко замолкаю, вызывая вопросительное выражение на лице Матвея.

Нужно быть осторожнее в своих словах. Только что я чуть не сказала то, о чем этому человеку знать необязательно.

– Сразу же после чего? – цепляется за последнюю фразу мужчина. Градов не был бы Градовым, если бы не задал подобный вопрос.

Пока я судорожно придумываю ответ, к нам подходит сам Антон Григорьевич. Мужчина широко улыбается и, пожав в руку Матвею, громко вскрикивает:

– Сколько лет, сколько зим! Матвей Леонидович, как же я рад тебя видеть! Какими судьбами здесь?

– И я рад, Антоха, – Градов отвечает ему в точности такой же улыбкой, чем шокирует меня. За все время, что мы знакомы с этим человеком, я не разу не видела у него подобных эмоций.