Она не могла не отметить, насколько теплыми были они, особенно в сравнении с пальцами Джереми Майллса. Ей стало не по себе. Казалось, она предает Деметриуса даже самой мыслью о его помощнике, не говоря уже об участии в преступном замысле с фондами.

Мэдисон уже хотела рассказать Деметриусу о своих подозрениях, но в последний момент сдержалась. Она Должна сама загнать Джереми в ловушку. Это ее единственный шанс, чтобы реабилитировать имя отца и подтолкнуть Деметриуса к выводу о том, что виновником в потоплении яхты может оказаться иной человек, а не ее брат.

— Могу я еще что-то сделать для тебя? — спросила она, высвобождая руку.

Деметриус повернул к ней голову.

— Я явно тебя недооценил.

Она с трудом отвела глаза, и, как только его рука снова коснулась ее, сердце подпрыгнуло в груди. Мужчина оперся на локоть и погладил нежную кожу.

— Посмотри на меня, Мэдисон. То, что случилось в домике… я не намеревался делать это, — начал он, рассеянно водя пальцами по ее руке. — Я хочу, чтобы ты знала.

— Я настолько непривлекательна?

Его пальцы сжались на мгновение, затем он поднял ее подбородок, заставляя взглянуть себе в глаза.

— Черт возьми, ты привлекательная женщина, Мэдисон, — прохрипел он. — Чтобы не затащить тебя в постель, требуется вся моя сила воли.

Нежный румянец разлился по щекам, когда она робко посмотрела на него.

— Я не осознавала… А если я первая сделаю шаг, это будет правильно?

Ее последние слова потонули в поцелуе, и чувство нереальности подхватило, понесло на волнах туда, откуда вытеснена логика и рассудительность. Она чувствовала лишь жажду, болезненную, жгучую, которую лишь он в состоянии утолить.

Деметриус на секунду оторвался от ее губ.

— Я не буду спешить и не причиню тебе боль. Останови меня в любой момент, когда захочешь остановиться.

— Со мной все будет в порядке, — пролепетала она около его рта. — В полном порядке.

Он прижался губами к трепещущей нежной шее в вороте блузки. Груди ее напряглись, его пальцы проворно расстегивали пуговицы, она дышала прерывисто, замирая, словно падая с горы и снова, взлетая. Блузка оказалась на полу, Деметриус расстегнул бюстгальтер и отбросил его в сторону, тот полетел, словно был соткан из тончайшей паутины, а не хлопка.

— Ты прекрасна. — Его рот нежно впился в розовый сосок.

— Ты…. ты так думаешь? — Мэдисон не хватило воздуха, когда он коснулся другого соска.

Мужчина поднял голову и улыбнулся.

— Я не думаю, я знаю. — Он придавил ее своей сладкой тяжестью, каждый мускул дрожал и напрягался, ее бедра инстинктивно сжались. Он ждал ее знака. — Я причиняю тебе боль?

— Думаю, я справлюсь.

— Скажи, если будет слишком…

— Слишком не будет никогда.