Причем, при мне разговоры моментально стихали. А однажды вечером — как раз после того, как нам объявили, что все… мы здоровы и можем завтра выписываться — вдруг спросил:

— Лера, хочешь немного пройтись?

И так невинно, нарочито беззаботно это прозвучало, что я сразу насторожилась.

Покосилась на окно, за которым уже сгущались ранние зимние сумерки, и в свою очередь осведомилась с некоторым подозрением:

— Не поздно?

— Для хорошей прогулки никогда не поздно, — с жаром заверили меня.

А стрекозел, котейшество, Ланиэ и даже Борька, угнездившийся на больничном окне со всеми удобствами, усиленно закивали.

Ну, если даже они считают, что я засиделась в комнате и пора на свежий воздух…

— Хорошо.

Поднялась, но подойти к шкафу с верхней одеждой мне не дали.

— Сначала нужно переодеться.

— Учебной мантии разве недостаточно?

— Нет.

Высокородный был сегодня на редкость таинственен, категоричен и немногословен. Так что вместо объяснения просто махнул рукой и прямо передо мной в воздухе материализовалось платье. Длинное, темно-синее, с тончайшей, очень изящной кружевной оторочкой по вороту. Красивое и немного старинное… на мой вкус.

— Вот сделано специально для тебя. По особому заказу, — шепнул Торэт, вставая за спиной. — Мой подарок. А тот наряд, что тебе Элистар принес, мы вернем…

— И по какой моде оно сшито? — поинтересовалась, пропустив мимо ушей слова о магистре. Пусть сам с дядюшкой разбирается.

— По земной. Мне доставили из вашего мира каталоги одежды. Я выбрал.

— Судя по всему, тебе не каталоги прислали, а энциклопедию. По истории моды, — хмыкнула я.

— Это было единственное приличное платье. Да и то оказалось слишком открытым, — высокородный возмущенно сверкнул глазами и указал на вырез. — Ничего, декольте можно и плащом прикрыть.

Вот ведь ревнивый упрямец.

Впрочем, спорить я не стала. Пока. Перевоспитывать мужчин нужно незаметно, исподволь, чтобы они ни о чем не догадались раньше времени… Да и платье мне понравилось, несмотря на всю его старомодность.

Собрались быстро. Я надела новый наряд, идеально севший по фигуре, Риан — почти такого же цвета мундир, который невероятно ему шел, и в сопровождении фамильяров покинули лазарет.

«Прохаживались» мы очень своеобразно — стремительно и целенаправленно. Пересекли парк, добрались до эльфийской башни, зашли внутрь, а затем спустились в зал, где начинались дороги ветра.

Так и знала, что с этой вечерней прогулкой не все так просто.

— Идем, — потянул меня Торэт к одной из арок.

— А они? — кивнула в сторону наури. — Знаешь, похоже, я теперь могу всех перенести. Хана, Марра, даже Ланиэ… Сейчас попробую.

— Мы не пойдем, — мотнул головой стрекозел.

— Остане-умся, — подтвердил кот.

— Но…

— Это только ваше дело. Мы лишние, — улыбнулась Лани.