Спорить не стала, мне и самой надоело торчать под этим подозрительным щитом, да и к Марру с Ханом хотелось.

За пологом было морозно, ветрено, зябко и неуютно. Я поежилась, и Берриан тут же набросил мне на плечи свой плащ, демонстративно повторив «подвиг» Веника. Потом я как-то быстро, почти мгновенно оказалась позади куратора, а он, спрятав меня за спиной, двинулся к Венирэну, который тоже поднялся при его приближении.

— Эйр Сиар вообще очень забывчив, — неторопливо, подчеркнуто спокойно заговорил Торэт, особо выделив интонацией первые два слова. — Он о многом сегодня запамятовал.

О том, например, что нельзя отсекать подопечного от его куратора. Ни при каких условиях. И слишком сближаться с чужим младшим тоже не стоит, особенно если старший не в курсе. А еще эйр Сиар упустил из виду, что за всем этим может последовать.

— Риан, послушай, — по губам «золотого» скользнула примиряющая улыбка. — Я не…

— Иттэ феарнэ наэн, — перебив его, твердо отчеканил Торэт. — Таэд хэнн.

Лицо Вэна закаменело, превратившись в непроницаемую маску, и он ответил глухо, но так же четко и внятно:

— Айэр арсе.

Ва хэнн.

А затем эти двое застыли друг напротив друга, как два хищника перед схваткой.

И вот, что любопытно, староэльфийский я теперь худо-бедно знаю, даже зачет сдала на высший балл, а из их диалога поняла лишь несколько слов: запрет… магия… вызов. Но и этого хватило, чтобы напрячься. Фамильяры тоже выглядели обеспокоенными. Хан с Ланиэ тревожно переглядывались, а Марр прижал уши и вздыбил шерсть.

Видимо, пора вмешиваться, пока мальчики бед не натворили. Мне мой «неправильный» нужен живым и по возможности, здоровым. Нам с ним еще лунную магию вместе осваивать, тайны ведьм разгадывать и парные печати изучать.

— Когда я упала в обморок… — произнесла, обращаясь к маячившей впереди спине.

Торэт обернулся сразу — порывисто и стремительно, словно размазавшись в пространстве. Схватил меня за локти. Заглянул в лицо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ты теряла сознание? Как это произошло? Почему? — Его голос внезапно охрип. — Тебе стало плохо? Или кто-то посмел…

Ну вот, теперь он, кажется, готов слушать.

— Я же говорила, эйр Сиар помог мне в одном деле. Мы тут немного пообщались с Илайлин. К сожалению, не так мирно, как хотелось бы. Твоя подруга была настроена крайне воинственно, — начала я, и ладони Берриана, удерживающие меня, налились тяжестью…

Рассказывать пришлось не то, чтобы много или долго, но часто. Сначала Торэту с фамильярами. Потом Элистару, к которому кое-кто, чересчур заботливый, перенес меня Изнанкой, так и не выпустив из своих рук. И еще раз, на бис, — в кабинете ректора.