Ада провела ладонью по заросшей щеке. Приятное покалывание."

"– Кое-кому не помешает побриться.

Спаситель закрыл глаза, ощущая кожей тонкие пальчики. Тепло из груди опустилось пульсацией к паху.

– Брутальные мужики носят бороды, – просветил хриплым голосом.

– Фу, дровосеки! – она задержала руку чуть дольше, прислушиваясь к ощущениям. Сладко тянущая спираль сворачивалась внизу живота. Волновал запах, голос, даже суровость красивого, взрослого мужчины.

Павел осторожно коснулся губами пышных волос. Аромат лесных ягод и свежести. А ещё Ада пахла невинностью. Он закрыл глаза, на секунду потеряв контроль. Палец коснулся гладкой щёчки. Как она может быть девственницей, если он лично лишил её?

Чёрный Мерседес осторожно остановился в трёх метрах от трапа. Никаких брызг из-под колёс под ноги босса.

С одежды на кожаное сиденье натекли лужицы. Пряди волос свисали на плечи мокрыми лентами.

– Да что же мне так не везёт? – Ада пересела ближе к сухому сидению Паши. – Думала принцесса на ручках, оказывается, мной прикрывались.

Он хлебнул из бутылки воды, прежде, чем уставиться на подопечную.

– Ты когда-нибудь бываешь довольной?

Грубый окрик показался обидным. Её на самом деле кидало из крайности в крайность, но она ничего не могла с собой поделать.

– Конечно. Петь охота, а я на нервах. Маму убили на моих глазах. Деда убили. Меня забрали в бордель и подарили дяде… – Мелкая дрожь била худенькое тело. – Везли в машине полной оружия, пытались убить… – Голубые глаза на мокром месте. – Продолжать?

У Паши ни одна жилка не дрогнула. Он продолжал пить мелкими глотками.

– Не надо. Я понял. Возражу против родства. В нас нет ни капли общей крови! – Железные пальцы с противным скрежетом закручивали жестяную крышку. – Тебя нужно показать психиатру. Тёма, поищи в аптечке успокоительное, – короткий приказ телохранителю.

Наполовину пустая бутылка точным движением заброшена назад в бар. Стекло со звоном ударило по металлу.

Ада вздрогнула, а он продолжил:

– Возможно, придётся положить на пару недель в психушку. Если не прекратишь жалеть себя.

Она трясла головой с видом побитой собаки, совсем как полдня назад.

Паша закрыл глаза. Откинулся на спинку дивана и вытянул ноги.

Напуганная пигалица немногим лучше обнаглевшей. Но хоть несколько минут посидеть в тишине.

Дождь бил по крыше, растекался слезами по окнам. Шины с шумом рассекали мокроту луж. Двигатель тихо урчал. Естественное звуковое сопровождение для отдыха.

Ада с удивлением наблюдала, за коротким сном спасителя. Оставалось позавидовать стальным нервам нового родственника.

Через час она стояла с открытым ртом напротив трёхэтажного дома в элитном посёлке.

– Ничего себе! – кирпичный дворец подавлял размером.

Сердце сжало неприятным предчувствием.