– Я в порядке, в порядке! Это от радости! От радости ноги не держат!

И вдруг резко переменилась в лице, перестала смеяться и заговорила горячо, сумбурно, пытаясь донести важность своих слов:

– Я не отпустила твою руку! Не отпустила ни на секунду! Держала тебя за руку! Держала! – прокричала она.

И не выдержала, что-то прорвалось у нее внутри – уткнулась лицом ему в грудь и разрыдалась. Надрывно, из-за сдерживаемых, загнанных в глубину и подавляемых так долго страхов, отчаяния и безысходности, рыдала, сотрясаясь всем телом…

– Ты молодец, молодец! – шептал ей прямо в ухо Василий и гладил, гладил, успокаивая. – Ты такая большая молодец, девочка моя! И руку держала! Не отпустила, молодец! Теперь все. Я с тобой. С тобой.

И она услышала его, прижалась покрепче, постепенно затихая, успокаиваясь, а вскоре и вовсе слезы высохли, лишь вздохнула со всхлипом.

– Все, – заверила его. – Все прошло, – и усмехнулась сквозь слезы. – Поплакала вот.

– Вот и хорошо, – похвалил Василий, наклонился, заглянул ей в лицо и спросил: – Ну что, пойдем, дел много.

– Пойдем, – кивнула Ася, глубоко вздохнув и снова со всхлипом судорожно втянув воздух, и вдруг, сообразив наконец, что произошло, пораженно спросила: – А ты вообще как здесь?

– Подбросили, – усмехнулся Ярославцев, кивком головы указав на зависший над ними вертолет, и повторил: – Идем, еще ничего не кончилось.

Погода стремительно ухудшалась, и спасатели торопились эвакуировать самых тяжелых раненых. Медики осматривали людей, Ася работала вместе с ними, по каждому пострадавшему давая четкий отчет: что сделано, какие препараты введены, даже ампулы от инъекций она клала каждому больному в одежду, чтобы не перепутать."

"Тяжелых раненых готовили к транспортировке, собираясь поднимать в специальной люльке на тросах, с сопровождением. А параллельно с этим двое спасателей и Ярославцев с ними принимали груз и спешно обустраивали салон разбившегося вертолета, чтобы пережить долгие часы ожидания спасения.

Олега поднимали последним, и железная люлька, в которой он лежал, и державший ее спасатель сильно раскачивались на усилившемся ветру, на грани серьезной опасности.

Нервничали все, понимая, что при такой обстановке люльку может перевернуть или ударить о дно вертолета, а на вторую попытку или заход уже не оставалось времени.

С большим напрягом, на скрученных жгутом нервах и железной воле вертолетчиков и спасателей, но все же подвеска с пострадавшим поднялась наверх, и ее втянули в вертолет, который тут же, завалившись набок, развернулся и стал удаляться от места аварии.

А в покореженном остове вертолета остались легкораненые, Ася, трое спасателей: два специалиста по выживанию и один медик, и Ярославцев.