Я резко сжал кулак и с силой двинул его в ухо. От такого удара он резко ткнулся головой в водительское окно, жалобно заскулил. Все-таки взялся за руль дрожащими руками и послушно повернул направо. Волга медленно покатилась по грунтовой дороге.

Было тихо. Вокруг ни души.

Судя по всему, какой-то небольшой поселок, коих под Батайском было достаточно.

Проехав около трех километров, мы выехали на другую, уже асфальтированную дорогу. Ее я узнал, увидел вдалеке огни Батайска. Впереди должна быть трасса, там движение оживлённое.

— Все, давай к обочине! — приказал я, снова приставив зажигалку к виску.

Когда мы остановились, я приказал ему вылезти наружу. Выбрался и сам. Время поджимало.

Дорога пустая в обе стороны. Ни души.

— Громов, что ты намерен со мной делать?— как-то не очень грозно прошипел он, глядя на меня злыми глазами. Еще в них читался плохо сдерживаемый страх — видимо ранее, он с подобными ситуациями еще не сталкивался. Он не бандит, он чиновник, который слишком осмелел и много на себя взял, думая, что ничего ему за это не будет. — Моя смерть ничего тебе не даст. Может, решим вопрос иначе? Я человек слова!

Надо же как запел… Вся спесь с него слетела моментально!

— Ты бы лучше о сыне подумал! — с вызовом ответил я, показав ему зажигалку.

Пусть допрет, что пожар моих рук дело. — Он сейчас как раз томиться в том самом подвале, куда ты меня посадил!

Его морду перекосило. Испуганно дернувшись и наконец увидев, что никакого пистолета у меня нет, он изменился в лице. И видимо осмелел — правая рука полезла в карман спортивных штанов. Что же ты задумал, Константин Тимофеевич?!

И тут раздался звук приближающейся машины. Следом за ней, двигалась вторая…

Глава 20

Гонка со временем

Он неуверенно выхватил из кармана нож «выкидуху».

Такие были популярны в середине восьмидесятых, но быстро ушли из моды и вернулись только с развалом СССР.

По глазам было видно, сделал он это нерешительно. Вообще, отдельно отмечу, что по глазам многое можно сказать о намерениях человека. Это достаточно тонкий момент, чтобы его прочувствовать, нужен опыт. Коньяков действовал предсказуемо, но лишь потому, что его подгоняло отчаяние.

Тем временем первая машина просто проехала мимо, а вот вторая, оказавшись машиной ГАИ — желтая ВАЗ-2101.

Мигнув проблесковыми маячками, «копейка» сбавила скорость и плавно сдала к обочине. Зашуршал гравий под колесами."

"— Нож убери! — прошипел я. — И подыграй, сами разберемся! Иначе скажу им, что ты меня похитил. У меня на руках и ногах еще есть следы и кровоподтеки от веревок, у тебя в руках нож. А в машине сумка с деньгами, что твой Эдуард нес в дом… Вот они удивятся, откуда у партийного работника столько денег… Без ментов обойдемся! Ну!

И Коньяков подчинился — отшвырнул нож в кювет.