Я вышла из «Пантеона», села в маршрутку и поехала туда, где оставила свой «Мини-Купер». Рядом с моим авто стоял малиновый «Матис». Увидев меня, Таня выглянула в окно и спросила:

— Ты долго еще будешь водить меня за нос?

— Вообще-то я занимаюсь своими делами, а если ты ворон ловишь, то я тут ни при чем. Кстати, можешь расслабиться. Я сейчас домой поеду.

— Ну да, конечно, так я тебе и поверила! — Таня закрыла окно и приготовилась к старту.

Я завела двигатель и вывела «Мини-Купер» с парковки, после чего поехала в сторону коттеджного поселка.

Глава 8

Основную часть подготовительной работы взял на себя сам Селезнев.

Как выяснилось вчера, для него не было особой проблемой договориться с работниками морга о небольшом спектакле. За двадцать с лишнем лет работы следователем Николаю Александровичу частенько приходилось общаться с патологоанатомами, а заведующий Горовским бюро судебно-медицинской экспертизы и вовсе был его другом. В скором времени предстояло выяснить, так ли это, или, согласно Высоцкому, друг окажется «вдруг». Кроме того, Селезнев вызвался сам договориться со знакомым водителем неотложки, которой предстояло приехать в Сологубовку по вызову и, увы, не довезти пациента до больницы, а свернуть в сторону морга. Самым трудным для Николая Александровича было морально подготовить к спектаклю членов своей семьи. Откровенно говоря, эта проблема казалась мне надуманной. Близкие потому так и называются, что с ними можно поделиться самой суровой правдой и получить всестороннюю поддержку. Во всяком случае, у нас с Аришей все именно так и происходит. Ему не всегда нравится то, чем я занимаюсь. Деду было бы гораздо спокойнее, если бы я работала штатным юристом, а еще лучше — если бы вышла замуж и ушла в нескончаемый декретный отпуск. Уж больно ему хотелось дождаться правнуков! Но я занималась частной практикой. Каждое новое дело привносило в нашу жизнь какие-то проблемы и преподносило сюрпризы, не всегда приятные. Ариша помогал мне со всем этим справляться. Я тоже не слишком ругала его за то, что он проводил время в подпольном казино, порой просаживая там огромные деньжищи. Он был азартным человеком, и я ничего с этим поделать не могла, поэтому не видела никакого смысла в том, чтобы по десять раз на дню твердить ему, что карточные игры — это недостойное занятие. Мне приходилось с этим мириться. А вот у Селезнева дома все было иначе…

Он позвонил в районе полудня, когда я ехала на встречу с Бочаровым. Мне пришлось скинуть его звонок, найти место для парковки, выйти из машины и перезвонить Николаю Александровичу.

— Слушаю вас, — сказала я.

— С организацией на Малой Студеной улице, — Селезнев так назвал морг, — проблем не будет. Я обо всем договорился.