Праздник так праздник!

Он сбежал по лестнице в подвал, вернувшись с пакетом.

— Здесь должны были быть шары. Здесь. И здесь. И здесь. А еще растяжка. Здесь. Шарики в гостиной, на лестнице и в студии. Везде. Смотри, как их много.

Шон ходил по гостиной, разбрасывая везде ненадутые шарики. Он что-то говорил, но Рой не слышал. Он смотрел на подвеску, и каждый хлопок фейерверка выбивал из него кусочек души.

— А еще должны были появиться мальчики в стрингах со стразами, но здесь не прибрано. Было как-то неудобно, и я их отменил. Ты спрашивал, что он купил на десять тысяч? Он купил тебе праздник, Рой. И еще, — Стив сделал паузу, — там наверху моя камера. Танец для тебя. Сможешь после этого жить - живи! А еще вот это.

Он бросил на стол бусы, а после развернулся и быстро покинул дом. Хлопнула дверь, и все стихло. Разорванная нить связана узлом. Из него нелепо торчат концы. Их по-другому и не соединить. Уцелевшие бусины. Из них уже ушло тепло человеческого тела. Маккена вдруг вспомнил все, словно что-то щелкнуло, открывая темные потайные комнаты его души. Слова Ольги, старухи, Стива наложились друг на друга и поверх них вдруг: «Моя жизнь, видно, подорожала, раз ей можно оплатить две столь бесценные вещи». Выходит, Энди оплатил. Аппаратура и Стив. Рой взял с него плату. Он вспомнил, как бил мальчишку. Ногой, рукой, этот хруст стула о ребра, вспомнил, как вытолкнул… Просто взял и вышвырнул из дома. Грубо. Разорвал тонкую нить с камнями жизни, словно нить самой жизни, и они рассыпались по полу ему под ноги.

Жизнь Роя обвалилась. Все, что у него было, лежало теперь грудой обломков. Аппаратура, Энди, Стив, он сам. Маккена включил камеру. Мальчишка смеется, переговаривается с Шоном, шутит. «Во всяком случае, — такой знакомый голос, — если со мной что-то случится, ты хотя бы увидишь то, чего лишишься. Я еще не профи, но, Рой, сделай скидку. Стив и так выжал из меня все, что мог и не мог. Я говорю это сейчас, потому что знаю, когда-нибудь, глядя на все это, мы посмеемся вдвоем над моей неуклюжестью. Обещаю не обижаться». Маккена почувствовал, как в груди задребезжало что-то холодное. Прошло волнами. Опустилось и отдалось дрожью в коленях.

Пилон. Поблескивает стальным оскалом. Энди босиком, в рубашке и джинсах. Первые мгновения музыки. Первые движения. Парню явно тяжело. Все дается с трудом. Рой видит, как дрожат в напряжении губы, как сбивается дыхание и натягиваются жилы на шее. Тяжело, но он старается. Стриптиз — жесткая грань эротики, тормозящая на пределе возбуждения. Надо выполнить трюки так, чтобы это было красиво и чувственно. Тело изменилось, подтянулось. Идеальная смесь щенячества и взрослости. Слышно, как Стив что-то подсказывает, шлифует. Энди послушен. Повторяет движения, учитывая ошибку.