Если бы он хоть на минутку был знаком с творчеством Родена, он точно бы догадался, где именно скульптор ваял своего ""Мыслителя"". Энди был с ним не знаком, и ""Мыслителю"" повезло. Как и Родену. Но не зеркала, унитаз или туалетная бумага произвели на мальчишку неизгладимое впечатление, а именно мыло. Как оно пахло! Этот розовый кусок! Боги, не вы ли приложились к этому?! К черту студию, когда Энди не может выпустить из ладоней этот чудесный обмылок!

— Все нормально?

Парень еще не успел вздрогнуть, когда увидел в зеркальном отражении стоящего на пороге Роя.

— Ты что делаешь? — удивленно спросил Маккена, обнаружив юношу с закрытыми глазами, прижимающего к носу мыло.

— Как пахнет, — протянул Энди.

— Ну, да, — Рой улыбнулся. — Владей.

Он потянул ящик, и парень увидел там еще кусков десять.

— Энди, — Рой расправил плечи, — хочу прояснить кое-что. В нашем договоре по найму на работу есть еще подпункт.

Мальчик обернулся, и Маккена увидел искры недоумения, вспыхнувшие в его глазах. В воздухе обозначился немой вопрос.

— О чем? — вопрос обрел звуковую форму.

— О том, — Рою явно нравилось положение дел, — где ты будешь жить. Иди-ка за мной.

Они вернулись в гостиную.

— Видишь диван? Понимаю, это не так удобно, как под мостом, но на первое время, думаю, сойдет. Что скажешь?

Сказать? Какое тут сказать! Энди не успел еще пропустить через себя услышанное. Слова Роя застряли в голове. Где-то на самом входе. То ли нейроны в мозгу как-то резко развернулись и двинулись в обратную сторону, создавая в сосудах давку, то ли наоборот -рассеялись, образовав вакуум, но…

— То есть, если я правильно понял…

— Правильно, — перебил Рой. — Я предлагаю тебе работу и жилье, правда, с подселением, но ничего другого у меня нет. Так что, соглашайся.

— А сколько платить за…

— За? Ах, да! Платить. Это я как раз упустил из вида. Ну, скажем, доллар.

— В час?

— В месяц. Не слишком дорого? Можем обговорить скидку. Двенадцать долларов в год — сумма немалая. Пятьдесят процентов, скажем? И не торгуйся, а то я совсем в убытке буду.

Энди с трудом сглотнул. Странный он какой-то. Явно нахлебался чего-то в реке.

— Все-все, уговорил. Мое последнее слово — шестьдесят процентов.

Видя, что парень смотрит на него так, что выражение его лица с натяжкой можно классифицировать как тупое, Рой постарался улыбнуться соответственно и пожал плечами.

— Восемьдесят процентов.

— Ты совсем спятил?

— Девяносто.

— Ты об мост, что ли, головой ударился?

— Не помню, но больше не скину ни цента.

— Ты уверен, что с тобой все нормально? Тащишь в дом незнакомого человека, а если я обворую тебя или, чего хуже, решу убить?

— Нет. Кто угодно, но не ты.