Только в голове начала формироваться ещё одна ироничная мысль про Каца и его любовь к чёрной икре, как к телефону подошёл командир Ингушского полка. Вот с ним шутить было нельзя, не понимал он иронию. Воспринимал всё серьёзно и конкретно. И на мой приказ присоединиться к императорскому кортежу возле Южной рощи он не высказал слов радости или облегчения, что его джигитам не нужно преодолевать лишних 30 вёрст, а значит просыпаться можно гораздо позже. Меркуле воспринял это не как приятную неожиданность, а как обычную военную рутину. Ему вышестоящий командир приказал что-то сделать, а его задача – без лишних разговоров выполнить это задание.

В общем-то, мне такое отношение к изменению ранее отданного приказа понравилось – не нужно было что-то объяснять, оправдывая свое метание в сложившейся обстановке. Очередной плюс во мнении о командире Ингушского полка получил от меня генерал-майор Меркуле.

Я ещё не закончил разговаривать с командиром ингушской дивизии, как Первухин внёс в кабинет серебряное блюдо с хрустальной емкостью, наполненной с верхом чёрной икрой (всё ещё не знаю, как в этом времени называлась такая посудина).

А как только повесил телефонную трубку, в кабинет вошла целая процессия во главе с всё тем же Первухиным. Рыжая бестия являлся в ней распорядителем, а рабочей силой, можно назвать их официантами, одетыми в солдатскую форму, были бойцы спецгруппы, а именно – из отделения приятеля Первухина унтер-офицера Никонова. Рыжий хитрован подмял под себя отделение Никонова. Превратив бронированный «Опель» в персональный автомобиль, а троих бойцов десантной группы в коллективного денщика своего патрона. Ребята хоть и не были профессионалами, но подготовили поляну для нашего с Кацем чаепития быстро. Казалось бы, показанную выучку и ловкость можно было только поддерживать, но я посчитал, то такой хоккей нам не нужен. Бойцы спецгруппы должны обучаться отражать атаки, направленные на императора, а не профессионально прислуживать ему за столом. Про себя я подумал: да, Угрюмов явно не справляется с обязанностями командира спецгруппы. Дать кому-нибудь в рожу или допросить с пристрастием – это он может, а вот командовать подразделением – нет. Нужно срочно искать командира спецгруппы, а то рыжая бестия подомнёт её всю под себя. Получится не боевая группа, а сборище гастрономов, поваров и официантов под командованием рыжего шеф-денщика в звании поручика.

Закончив сервировать стол у дивана, шеф-денщик вышел, а я, помешивая ложечкой чай, перебирал запомнившихся мне офицеров, которым можно доверить командование спецгруппой. Так этим увлёкся, что не слышал слова Каца, который опять начал что-то вещать о финансовых проблемах. Вернул меня в реальность рыжий чёрт.