Вы пять минут поговорили, и всё, ты теперь главный эксперт…

– А почему ты вечно споришь? – спросил Саймон, сверля его взглядом, и Нолан ответил ему таким же. – Мы братья, вообще-то, если ты не забыл. Нам не обязательно постоянно ругаться.

– Да? – парировал он. – Мне кажется, ты сам об этом не вспоминаешь.

Саймон сощурился.

– Мы не враги, Нолан. Я понимаю, это не всегда просто, но мы команда. Семья. – Он посмотрел на Шарлотту и кошку-Эмилию, льнущих друг к другу после нескольких месяцев разлуки. – Разве ты не скучаешь? По маме, дяде Малкольму, Зие… Я постоянно о них думаю и держусь только на мысли, что в конце концов мы с тобой вернёмся домой, в Небесную башню, в ПРИЮТ, будем соперничать, ругаться и спорить, кто бросил полотенце на полу в ванной…

– Только ты их бросаешь, – пробормотал Нолан, но Саймон, не слушая, продолжил:"

"– Я просто хочу вернуться к семье, домой, будто ничего этого не было.

Хочу, чтобы Лео с дядей Дэррилом остались живы, чтобы не было бессмысленных войн. Я устал терять близких людей и животных, потому что меня втянули в очередной конфликт, который ко мне не относится, и я боюсь, что это никогда не закончится. Боюсь, что… что в Аништадте кого-то… – Его взгляд скользнул к Джему и Уинтер; те молчали. – Боюсь, что не все вернутся домой. Мне так страшно, что что-то случится, и мы так и не станем настоящими братьями. Не сможем ругаться и мириться тоже не сможем. А тот, кто останется, всю жизнь будет корить себя за смерть другого.

Нолан уставился на него огромными глазами.

– Да никто не…

– Откуда ты знаешь? – спросил Саймон, и голос надломился, но ему было плевать.

 – Откуда ты знаешь? Я вот не знаю. Не знаю, что доживу до завтра, не знаю, не полетим ли мы домой в гробу. Меня достало ругаться, Нолан. Достало. И достало, что мы не ценим то, что имеем.

Он не стал дожидаться ответа, не стал дожидаться, пока что-нибудь скажут друзья – просто обернулся мухой и взлетел под потолок. Там, среди приваренных болтов, он нашёл укромный уголок, скрытый от посторонних, и спрятался. Сердце колотилось, мысли метались; он понимал, что Нолан не хотел его задеть – они просто устали от нервотрёпки без конца и края.

Но на душе всё равно было паршиво, и Саймон сосредоточился на дыхании, пытаясь успокоиться.

Где-то через минуту к нему подползла знакомая паучиха. Саймон напрягся. Он ожидал очередной нотации – думал, она встанет на сторону Нолана и снова назовёт его эгоистом. Но Ариана молча коснулась его лапки своей, и остаток полёта они провели в обоюдном молчании.

Глава 23

Укрытие

Они приземлились в крохотном европейском городишке ранним вечером, ещё до того, как солнце скрылось за горизонтом.