Когда Камар наконец-то отчалил, я молча развела руками, прося у Лёшки объяснений. А он указал взглядом на угол верхней террасы, который упирался в стену как раз над туалетами. Под ним располагалась странная, стильная скульптура из чёрного мрамора – то ли человек, то ли животное, то ли куча овальных камней уложенных фигурной башнй, и в принципе, если забраться на её верхушку, можно было бы дотянуться руками до пола верхней террасы. Не знаю уж, насколько это реально – подтянуться на пальцах, а потом ещё и перелезть через стеклянный парапет, но раз Лёшка смог…

Украдкой смерила его взглядом.

Охренеть просто, и это мой Лёха? Тот прыщавый десятиклассник, что нагло отобрал у меня, дурной восьмиклассницы, плоскогубцы? На мгновенье стало жаль, что сегодня в спортзале я его просто чмокнула. Ведь никто, ни одна скотина не узнала бы! Хотя бы просто слегка прихватить его губы своими… На мгновенье. Один разочек. Знала ведь и их вкус и страсть, но уже безнадёжно забывала и от этого накрывала странная тоска.

Как-то всё слишком по-настоящему. Даже страшно.

***

На этот раз «приём» закончился раньше, и мы были в гостинице уже в начале двенадцатого.

– Лёш, поднимись ко мне через полчасика, – мурлыкнула Зойка на прощание.

Он глянул на меня, я на него… И тут же развели взгляды. Нда-а… Это вам не Кристинка. Тут глупо и ревновать, и обвинять. Здесь надо было думать ДО. Просчитывать варианты на десять ходов вперёд… И не надеяться на авось.

Резко накатила тошнота от всего происходящего. Душевная усталость. Апатия. Захотелось послать всё к чёрту и сбежать.

Нагло «подвинув» собравшуюся купаться Галину, забралась в душ первой.

Быстро. Раз, два – обмыться. Три-четыре – стереть косметику. Пять-шесть – рухнуть на кровать и уснуть. Скорее уснуть.

Но на деле – лежала, слушая, как плещется в душе Галка и каждые грёбанные две минуты смотрела на часы с фосфорными стрелками, висящие над телевизором.

Уже десять минут, как у Зойки…

Чёртова богатая фантазия так и подкидывала красочные картинки в подробностях: Лёшкины губы на её шее, скользят ниже, на плечо, зацеловывая ключицы… сильные пальцы стягивают кружевное бельё, сжимают грудь… язык находит затвердевший сосок, обводит его по кругу…

Неужели он сможет? Как, господи? Как можно трахать по приказу? Ладно баба – ноги раздвинула и готова, но мужик? Лёшка? Лёшка?!

А фантазия шептала – он, наверное, берёт её сзади, чтобы не видеть лица.

Хотя… кто бы его ещё спрашивал! Как она сказала – так и берёт. Тогда, может, как и обещался – закрыв глаза, представляет меня?

Вот уж к чёрту! Всех к чёрту! И если уж совсем начистоту – и Лёшку тоже. Потому что проститутка она и есть проститутка, как не оправдывай.