Интересно, откуда?

— Ну, это громко сказано — знаю. Так, видел пару раз, имя слышал.

— А конкретней можешь вспомнить?

— Не хочу конкретней, — улыбнулся он и покачал головой, — не хочу.

— Почему?

Лунек закурил, смерил Катю долгим, оценивающим, откровенно мужским взглядом.

— Кать, вот объясни мне такую вещь, — мягко, чуть приглушенно начал он после долгого молчания, — ты красивая умная женщина. От тебя можно запросто потерять голову. Ну почему же тебе все мужики-то попадаются… как бы это выразиться поприличней? Ладно, не буду выражаться. Ты меня и так поняла.

— Валер, не надо, — поморщилась Катя, — я тебя отлично поняла, но не надо.

Глеб… — Нет, я не о Глебе, — перебил ее Лунек, — я о твоей первой любви. Догадываешься, о ком? Кстати, что там у вас за история была зимой на Тенерифе?

Катя вовсе не удивилась, что Луньку известно и это. Он же сказал вчера по телефону: «Ты вся как на ладошке…»

— А, ты о Баринове? Никакой там истории не было. Встретились случайно.

— И что? Случайно встретились, поздоровались, разошлись? Глеб вернулся с острова вечной весны мрачный, нервный, советника президента скотиной обозвал.

Не в глаза, конечно. Неужели просто так? Без всякого повода?

— А к чему ты вдруг об этом вспомнил? — Катя удивленно подняла брови. — Я спросила тебя о Свете Петровой, а ты вдруг вспомнил о Баринове и Тенерифе. Не вижу связи.

— Да к тому, Катюша, что Света Петрова пять лет развлекала твоего красавца Баринова. Не хотел тебе говорить, но видишь, ты сама из меня вытянула. Только уж будь добра, подробности не вытягивай. Уж больно они похабные, подробности-то. Выводы делай, в кого влюбляться. Тогда ты еще совсем девочкой была, а сейчас — взрослая женщина, к тому же совершенно свободная.

Делай выводы, чтобы прошлых ошибок не повторять. Рядом с тобой должен быть настоящий мужик, крепкий, надежный, а не всякие там… прости, Господи. За тобой ведь теперь будет стоять большое серьезное дело, и много найдется желающих… Ладно, ты прости меня, может, я лезу куда не надо… — Он опять хитро, по-кошачьи прищурился.

— Нет, почему? — мягко улыбнулась Катя. — Я понимаю, мы с тобой партнеры теперь, и тебе вовсе не все равно, кто окажется со мной рядом.

— Правильно, — кивнул Лунек, — мне не все равно.

Между прочим, этот твой Дубровин — классный программист. Правда, водился за ним грешок, придумал пару вирусов, очень хитрых. Поимел неприятности, но до суда не дошло. Это ведь подсудное дело… Ну ладно, история давняя, — Лунек небрежно махнул рукой, — он ведь не корысти ради. Так, развлекался. А фирма, в которой он работает, знаешь под кем живет? Не знаешь. Под Скелетом. Есть такой кавказский авторитет, старый умный шакал. Любит Голубя, словно родного сына. Ну, кто такой Голубь, ты, надеюсь, знаешь?

— Конечно.