— Продукты я приму сама. За мной Матвей приедет. Пока.

Вадим ничего не ответил, вышел следом за мной. Разозлил. Я зло уставилась на него. Бесцеремонно забрав ключи из рук, открыл дверь.

— Что из моих слов ты не понял?

Вместо того чтобы ответить, он схватил меня на руки, я пыталась сопротивляться – бесполезно. Перенес через порог, словно невесту, поставил в центре столовой и ушел. Думала, оставит, а он включил свет, прошел к двери и закрыл ее на ключ, пряча тот самый ключ в карман.

— Теперь поговорим…

— Открой дверь, — мне совсем не улыбалась перспектива быть здесь с Вадимом. Смотреть на него не хотелось, не то что разговаривать.

— Я тебя не для этого похищал. Не отпущу, пока ты меня не выслушаешь, — его спокойствие и уверенность не передавались мне.  В душе такая мешанина чувств, что хотелось спрятаться от всех. Может, банально пореветь, вдруг поможет. Но Робнер не сдастся, а я не знаю, когда приедет Матвей – и приедет ли он вообще…

— Матвей все знал?  Нет никакой доставки? — осенило меня. Высказав предположение, поняла, что это так. Вот почему мне еще дома показалось это странным. — Ты его обманул? — единственное, что пришло на ум. Ведь брат мажора терпеть не может, не стал бы Матвей меня предавать.

— Почему сразу обманул? Ему-то я как раз рассказал правду. И тебе расскажу, если не будешь предвзятой.

«Он мне еще условия ставит!»

— Рассказывай, — особо слушать не собиралась. Маринка могла преувеличить, но на пустом месте не стала бы сочинять. — Но потом ты откроешь дверь и уедешь, — я еще не договорила, а Робнер развернулся и направился в кухню, где через несколько секунд загорелся свет.

Я зависла. И что это сейчас было? Мне за ним бегать и просить объясниться? Внутри все кипело, но я сидела за крайним столиком, складывала и раскладывала салфетку. Косилась в сторону кухни, Вадим чем-то там гремел, но видно его не было.

— Чай? Кофе? — выглянул он. Хлопала глазами, не понимая, что происходит. — Ты ничего не ела за ужином, — подошел он к столу и поставил тарелку с бутербродами передо мной. — Хлеб нормальный, я посмотрел.

Я знаю, что нормальный, специально оставляла свежий, чтобы в понедельник котлеты приготовить.

— Не понимаю, зачем все это? Вадим, я хочу домой, — на самом деле домой тоже не хотелось, там Маринка. Да и Матвей со своим понимающим, проникающим в душу взглядом. Почему он поверил Вадиму?

— Я отвезу, но сначала ты поешь и выслушаешь меня.

Смысла не было сопротивляться. Я уже давно поняла: мажор невозможно упрямый. В душе теплилась надежда, что он опровергнет слова Марины, но в то же время я понимала, что в чем-то сестра не солгала. Робнер ведь не просто так меня похитил и теперь ходит кругами, не знает, с чего начать разговор. А я помогать не собираюсь. Никаких вопросов. На крик и битье посуды не имею права.