Впрочем, моей репутации уже не навредишь, пятном больше, пятном меньше – даже не заметят.

– Нет, Даяна. – Целитель взял пуфик и сел рядом со мной, поскольку ребенка я уже кормить начала, и прерывать процесс мы не собирались. А целителя я не стеснялась, он меня и не в таких ракурсах успел увидеть. – Призвать силу бога в помощь могут только его жрицы. Лишь у них есть такая возможность. Как вы понимаете, если применили силу один раз, значит, сможете и второй. Связываться с вами теперь точно побоятся, но и ненавидеть начнут сильнее.

– А ненавидеть-то за что? Или всех жриц ненавидят за их возможности? – устало поинтересовалась я.

Да уж, надо было все-таки разузнать про богов и сослаться на кого-нибудь хорошего.

– Нет. Ненавидят лишь жриц темных богов, а жриц Карающего Рагдора – особенно. Я, честно сказать, не вхожу в число посвященных и не знаю тонкостей, поэтому даже за правдивость слухов ручаться не могу. Но молва приписывает жрицам Карающего всевозможные кровавые ритуалы, в том числе с жертвоприношением младенцев.

– Не продолжайте! – Я одной рукой обнимала ребенка, а второй потерла лицо.

Да уж, и это я еще думала, что репутация моя на самом дне и падать некуда.

Но снизу постучали. Что я там намеревалась, подружиться с няньками? Ну-ну, это до них еще просто слух не дошел, кто сейчас находится с вверенным им дитятком да без их догляда. Представляю, как теперь будут проходить все мои визиты к наследнику. Вот что такое не везет, и когда оно уже закончится?

Кушал малыш пока немного, так что весь процесс у нас длился недолго. Я снова взяла ребенка на руки и положила в кроватку, наблюдая за мгновенно заснувшим и мирно сопящим чудом.

– Кстати, наследник в порядке? У него нет проблем со здоровьем? Вы же для этого приходили? – поинтересовалась я у целителя.

– Да, малыш молодец, полностью в порядке, везде все по нормам, – улыбнулся Кьяж.

Я подошла и заглянула в его записи, зная, что это невежливо, просто хотела узнать, пойму ли местную письменность. Какая-то хаотическая мешанина линий и очень странных символов, похожих на маленькие рисунки, была мне ответом. Впрочем, возможно, проблема в другом.

– Скажите, Кьяж, а у целителей здесь нет трудностей с чистописанием и каллиграфией? – аккуратно поинтересовалась я.

– С чего вы взяли? – то ли удивился, то ли оскорбился мужчина. – Наоборот, мы должны писать четко и разборчиво, чтобы любой, умеющий читать, мог прочесть.

– А многие ли умеют читать? – задала я следующий вопрос.

– Вот вы к чему, – засмеялся целитель. – Если принцесса и умела читать, в чем я совсем не уверен, то на своем языке. На нашем, ниадирском, она и говорила поначалу так себе, только к концу неплохо освоила, хотя в произношении у нас с Эйзенфотом много общего.