Во-вторых, вопрос с закатными чародеями оставался открытым, и идти вдоль реки, да еще с множеством идеальных для засады зарослей, слишком рискованно.

Сейчас я особенно радовалась своей одежде и не забывала благодарить за такой подарок Панен. Шагать в длинной юбке очень сложно, в высокой траве она постоянно бы цеплялась и замедляла движение. Сама Панен время от времени все-таки забиралась в повозку отдохнуть, выбирая участки поровнее.

Поскольку точных карт этой части Белого материка не имелось – чародеи не жаловали гостей, – расстояние и соответственно время в пути предсказывать никто не брался.

Одно ясно, переход простым не получится.

Без нас мужчины бы добрались, безусловно, быстрее, но Вовку нужно кормить, мыть, пеленать. Пеленки, к сожалению, не бесконечные, их необходимо стирать. Еще в первый день побега выяснилось, что чар для очищения не существует, а вот чары для сушки имелись. Поток горячего воздуха сушил тонкие пеленки за минуты. И пусть Лем и ворчал, что мы зря растрачиваем силу его чародеев, но не запрещал, махнув на нас рукой.

К вечеру мы с Панен так устали, что, сидя у костра, с трудом держали ложки, какая уж тут стирка.

Тем приятнее оказалось предложение повелителя о посильной помощи. Лично он, конечно, стирать не вызывался, но нашел, кому дать столь ответственное поручение. Сам Мариар возился с Вовкой и почти весь вечер держал малыша на руках. При виде этой картины мое сердце разрывалось, но я смотрела на отца и сына, запоминая каждое мгновение. Как же мне будет их не хватать…

Когда все разошлись по местам ночлега, лагерь погрузился в тишину. Наши чародеи решили попробовать маскировочные чары, но шум они не подавляли.

Минус у этих чар точно такой же, как и у наших программ и сайтов в интернете – все можно взломать. Другие чародеи смогут найти и то, что скрыто. Но все-таки это усложнит им задачу, вздумай они вновь напасть на нас ночью или под утро. Я не спала, прислушиваясь к мерному дыханию сына и Панен. Ноги гудели, спина ныла, но все это меркло по сравнению с болевшей душой. Моей душой, кровоточащей и бьющейся в агонии. Я стиснула зубы и сжала кулаки.

«Вернуться – наилучший вариант для всех», – напомнила себе и вышла из палатки.

Костров не жгли, так что темнота, которую не в силах разогнать даже огромный спутник Кашур, делала страшным каждый шорох и куст.

Я подошла к палатке, похожей на нашу один в один. Надеюсь, у Лема нет привычки использовать чары не глядя? Чародей казался мирно спавшим. Я села в углу палатки, не зная, что делать дальше. Может, еще не поздно развернуться и уйти?

– Какая, однако, интересная привычка у матери нашего наследника – навещать ночью мужчин. Повелитель в курсе? – раздался едкий голос.

– Я извиняюсь за вторжение, – начала я.