Где заканчивались чувства принцессы и начинались мои?

– Как это получилось? – прошептала я.

– Стихия. Вода может многое. Свою способность я еще давно развила так, что она стала сильнее многих чар. Но полностью победить, смыть заклинание не смогла.

Это просто дико. Голос внутри. Почти как мысль, только очень четкая и внятная. Осязаемая.

– Кто тебя убил? Кто наложил заклинание? – первостепенный вопрос.

– Дэйс, – прозвучал короткий, повергнувший меня в новый шок ответ.

– Почему? – Я пребывала в полной уверенности, что это Лем. – Почему Дэйс?

– По моей глупости и доверчивости.

Прости, но это слишком тяжелая тема, возвращаться к которой я не хочу.

– Значит, Дэйс, – задумчиво протянула я. – В целом это хорошо. Это дает шанс, что я могу обратиться к Лему.

– Сомневаюсь, что он согласится сотрудничать, – ответила принцесса, – у нас при моей жизни имелись некоторые разногласия. Он наверняка с облегчением вздохнул, когда я практически растворилась, а в моем теле появилась ты.

– Зачем вообще ты с ним ругалась? – с досадой поинтересовалась я."

"– Я не давала себя в обиду, только и всего.

– Понимаю. – Я и правда понимала. Видимо, у принцессы сдержанности чуть меньше, чем у меня. – Но тебя можно спасти? Ты ведь не окончательно мертва?

– Не окончательно. Но, во-первых, чем больше времени проходит, тем меньше шансов, что тело примет меня обратно. Так что если не решим этот вопрос в ближайшие недели, а то и дни, я имею все шансы полностью раствориться и перестать существовать окончательно. А во-вторых, для этого тебе придется покинуть мое тело. И я уже сейчас вижу, что само решение об этом станет не из легких.

Я опустила голову. Конечно, принцесса, настоящая Даяна, видела все своими же глазами. В этом мире все ее, и мне здесь не место. Меня ждут родители, интересная и относительно безопасная жизнь, любимая работа, личная независимость. Только я кусаю губы, понимая, что с недавних пор свою жизнь я начала представлять здесь, в Кирдарии, а не на Земле.

– Мои чувства… Как мне понять, что это я, а не ты испытываешь их? – Может, в этом мире нет ничего ценного и важного для меня? Лишь чужие чувства и чужой разум?

– Все, что ты чувствуешь, – твое, за очень редким исключением, когда мое сознание прорывается.

Но тогда ты всегда ощущаешь некоторый диссонанс. Все-таки сколь ни родственны наши души, один в один не бывают даже близнецы. – Ответ, окончательно убивший надежды, что это будет просто.

Но другого решения я не видела. Хотя в чем-то оно, безусловно, правильное. Я должна уйти, но оставить сына не смогла бы в любом случае. Только теперь нужно оставлять не только сына.