У него штат из сотни людей, а всю схему знает только сам Тигран. И я – большую её часть, но и то ещё не до конца всё изучила.

– Надо приготовить ужин и будить малышку, - Мур врывается в дом вместе с вечерней прохладой.

– Малышка уже не спит.

– Малышка, вообще-то, всё слышит, - отодвигаюсь от Тимофея, поджимая к себе ноги. И не знаю, куда деть ладонь, будто её место было в руке мужчины. – Так, что на ужин?

– Сейчас что-то организуем, не дадим тебе умереть с голоду, - Тимур подмигивает, привычным движением окидывая помещение взглядом. Будто кто-то мог спрятаться за торшером, а мы не заметили. – Но с одним условием.

– Каким?

– Придётся мне помогать.

У меня ощущение, что с этими мужчинами будет ещё миллион «придётся».

– И что мы будем готовить?

Спрашиваю с сомнением, рассматривая продукты на столе. Я больше уверена в навыках Тимура готовить, чем в своих собственных. Но при этом то, что он не сжигает кухню – ещё не показатель.

Каждый из нас умеет лажать, я так особенно. Поэтому отшатываюсь, когда мужчина с матами роняет яйцо на пол. Желток смешивается с белком, растекаясь по деревянным доскам.

– Мля, - Тимур трёт лицо. – Я случайно, малышка.

– Ничего не знаю, я убирала, а ты…

Несу бред, чтобы отвлечься от взгляда Тимы. Он смотрит только на меня, будто совсем не интересует треснутая скорлупа и грязь. На меня никто так не смотрел, только эти телохранители, и от этого становится не по себе.

Молча наблюдаю, как мужчина убирает всё тряпкой, повторяет свой трюк заново с меньшими потерями. Возле плиты три тарелки: панировочные сухари, мука, взбитое яйцо.

– Ты же ешь нагетсы, правда? – спрашивает, дорезав куриную грудку. – Я ничего другого особо не умею. Ещё стейк, но мяса нормального не было в магазине. Приготовлю в следующий раз. У меня, кстати, дома гриль. Поверь, буду лучшим шеф-поваром в твоей жизни.

Слушаю мужчину, который потсоянно шутит и заполняет тишину. Тимофей чем-то занят в зале, я тру ладонь. Будто на ней остался физический след после того, как мы сидели раньше. Ничего ведь такого не произошло, минутная близость. Некоторые школьники себе намного большее позволяют.

А мне всё равно непривычно. Словно снова восемнадцать и в предвкушении первого поцелуя с этими мужчинами. И Тимур ведь уже сделала это, поцеловал. Так легко вроде, а меня потряхивает до сих пор, хотя столько времени прошло. Да и кожа ладони горит огнём.

Господи, да что со мной происходит?

Я избавилась от этого, три года жила новой жизнью. И места в сердце для телохранителей не оставалось. Там совсем другие заботы и вещи поселились. А сейчас ощущение, что просто арендаторы вернулись и пытаются пробиться назад. Без спроса.

Тим доверяет мне нарезать овощи для салата, и я следую всем его инструкциям. Стараюсь не думать, что мы слишком близко.