Но я знаю, тут гадать не получается, сразу перед фактом.

А я чувствую себя той маленькой девчонкой, которую они провожали до комнаты после побегов.  Смотрели в след, пока я дулась, что снова не попала на вечеринку друзей.

Я не могу сделать шаг ни в одну сторону. Ни обратно к мужчинам, успокаиваясь, ни к кухне, чтобы побыть одной. Словно застыла на перепутье, а указатели кто-то снёс.

– Кать, - Тимофей меня окликает, делая выбор за меня. – Передвижения только в нашем сопровождении.

– В эту глушь никто не сунется.

– Я рисковать не готов, - Мур качает головой. – Пошли, Кать, время завтрака.

На кухоньке тесно, негде развернуться. Усаживаюсь на стул, поправляя спутанные локоны. Хочется сохранить хоть капли грации и напускного величия. Хотя лучше всего было бы подтащить к себе ноги, уткнуться подбородком в колени и всё.

Мужчины переговариваются, что-то выискивая в гудящем холодильнике. Я смотрю на них и понимаю, что ничего съесть не смогу. Постукиваю ногтем по щербинке в столе и жду, непонятно чего.

– Я не буду есть, спасибо, - заявляю, когда мужчина включает газовую плиту. – На меня можно не готовить.

– Не выебывайся, - Мур произносит это так мягко, что даже грубые слова не задевают. – Не красная икра, Кать, но переживёшь.

– Нет. Я не…

– Будешь голодать, пока не вернёшься домой?

– Я не голодаю, я опасаюсь за свою жизнь.

– Думаешь, мы бы подсыпали тебе яд?

– Всё возможно. Я не ем и не пью ничего, что было открыто не при мне. Ольге, которая готовила на еду, я доверяла. Вам…

Качаю головой, чувствуя ядовитую улыбка на своих губах. Лучше так, чем убеждать телохранителей в своём безумии ещё больше. Решат, что я сука и пускай. Половина моего окружения так думает.

Вторая половина думает, что сука Снежка, а я просто стерва.

– Ты серьезно? – Тим держит в руках чугунную сковородку, от чего мышцы на руках играют новыми силуэтами. – Будешь устраивать разные выходки, как ребёнок?

– Я не ребенок, Тимофей.

Просто чуточку надломана.

А мой муж не признаёт психологов, чтобы те починили меня.

И ещё я очень боюсь, что если кто-то из Тимов опоил меня тогда, сейчас история повторится. Но страшнее от мысли, что они ничего делать не будут, а я сама захочу.

Потому что сломанная, да.

– Давай-ка поговорим, Кать.

Глава 13

ТИМУР

– О чём?

Голос у неё глухой, и мне это не нравится. Она же, блять, вообще не та Катя, которую мы знали. Какая-то слепленная из всех принципов Катрин, тех, что девушка сама не любила.

Словно взяли то же лицо, а начинку поменяли. Потому что Катя в моих воспоминаниях вечно носилась, перепрыгивая ступеньки. Любила воровать глоток моего кофе, цепляла фрукты с вазочки на кухне. То была девочка-беда, с заразительным смехом и огоньками в глазах.

А сейчас…"

"Я не гребу, что тогда произошло. Всё разрушилось за один блядский день.