Я попадаю во власть мужчины, который знает как довести до исступления. Для него нет никаких запретов. Даже страшно представить, сколько у него опыта. И с кем.

Я невольно хмурюсь и мотаю головой, отгоняю неприятные мысли.

– Тебе не нравится? – хриплый голос заставляет вздрогнуть. – Ты даже не притронулась. Паршиво выглядит?

– Нет, ты что, – невольно улыбаюсь. – Все отлично.

Вечер снова кажется идеальным. Из динамиков льется расслабляющая музыка. Передо мной на столе дымится аппетитный стейк из лосося с гарниром из спаржи. Рядом полыхают свечи. Бутылка белого вина отправлена в ведерко со льдом.

– Тогда почему ничего не ешь? – хмуро сдвигает брови Глеб. – Может, другое приготовить? Или доставку заказать? Говори. Разберемся. Если моя стряпня паршиво заходит, так и скажи.

– Все в порядке, – рефлекторно веду плечом. – Правда. Просто мне совсем не хочется есть.

– А сладкое? – сразу предлагает новый вариант. – Десерт?

– Лучше чай.

– Как скучно, – он картинно закатывает глаза и качает головой. – Ты сейчас серьезно?

– Я редко пью алкоголь.

– Я тоже.

Его ответ заставляет меня изумленно приподнять бровь.

– Черт, расколола, – усмехается Волков. – Прикинь, я совсем не могу тебе врать. Но вино я пью реально редко.

Раздается звонок в дверь.

– Я быстро, – говорит Глеб и скрывается в полутемном коридоре.

Кто мог прийти к нему настолько поздно? На часах уже давно перевалило за полночь. А я совсем не хочу спать. Внутри пульсирует тревога. Буквально раздирает на части, дурное предчувствие нарастает, хотя повода волноваться нет.

Глеб делает все, чтобы мне было комфортно. Учитывает каждую мелочь. Я замечаю, он даже простыни успел сменить. И мое тело он изучает, берет во внимание каждую деталь. Достаточно вспомнить душ.

Кровь мигом приливает к щекам, а под кожу заходят раскаленные иглы. Дыхание сбивается.

Душ у нас произошел дважды. Оба раза до одури порочно. Развратно. На грани. Но грязи не было.

А вот в постели один момент смутил.

Я невольно сминаю салфетку. Пальцы подрагивают. Кожу покалывает все сильнее.

Глеб ласкал меня, довел до самого пика, а потом прижался вплотную, и пусть не проникал внутрь, все равно будто вбил огромный раскаленный член между моих ног. Начал двигаться. Размашисто. Будоражаще. И возбуждение снова охватило меня, заставило запылать.

Мужчина кончил на мой живот. Размазал семя, точно помечал как свою личную собственность. Каждое его движение подавляло, показывало власть. В каждом жесте читалась безмолвная печать.

“Моя. Только моя. Никто не тронет”.

После мы долго лежали в постели, а потом он снова отнес меня в душевую кабину, запер стеклянную дверцу и ласкал под горячими струями воды до тех пор, пока я не застонала в голос, не закричала, выгибаясь под его губами.

Мир вокруг казался ледяным.