Я расставила на столе свечи в нужном порядке, потому что Ривалис, как обычно, все напутал, и свечи после его сеанса стояли не так, как требовалось. Нарисовала мелом прямо на сукне маленькую пентаграммку, сосредоточилась, шепотом произнесла нужные заклинания и сделала сопровождающие пассы. Прошла минута, другая. И… ничего. Магистр наблюдала за мной сквозь ресницы, а я заскучала.

Нет, все же обидно. Вот так пыжишься, пыжишься, пытаешься призвать привидение, а оно не приходит. Зато на некромантии вместо зомби явился такой галантный мужчинка. Мысли текли вяло… По помещению плыл дымок от курильниц, насыщая воздух тяжелыми сладковатыми ароматами.

Посапывали парни, которые умудрились не просто задремать, а крепко заснуть. Шамила наблюдала за мной со злорадным удовлетворением, мол, не она одна ничего не может по спиритизму."

"А вот интересно, можно таким образом вызвать не духа, а джинна, например? Было бы круто! Явится эдакий старичок с белой бородой, просидевший в лампе пару тысяч лет. Он обрадуется, что его нашли. Выполнит три желания…

Перед моим носом что-то с грохотом шмякнулось на стол. Магистр подскочила от неожиданности, да и я так шарахнулась назад, что опрокинулась вместе со стулом, оказавшись спиной на полу, ногами кверху.

Студенты встревоженно зашумели. Кто-то вскочил, таращась на стол, кто-то просто тянул шеи, продолжая лежать. А мне пришлось потратить некоторое время на то, чтобы сползти с опрокинутого стула и встать.

– Это что, адептка? – сдавленно спросила Сесилия, тыча тонким пальчиком в лежащий на столе большой медный кувшин.

Кувшин явно имел восточное происхождение. Был он старинный, покрытый чеканными каббалистическими знаками (я знаю, видела такие в Интернете на картинках) и местами позеленевший.

Узкое горлышко оказалось плотно запечатано бордовой сургучной пробкой с выдавленным на ней сложным и не очень понятным рисунком.

– Не знаю! – открестилась я.

Магистр Фелир протянула руку и одним пальчиком осторожно прикоснулась к медному предмету, качнула и тут же со вскриком отдернула руку. На нежной коже проступила краснота.

– Что? Что там, магистр? – загомонили подтянувшиеся к столу адепты.

– Он раскаленный… – обиженно произнесла женщина и подула на палец.

Потом вспомнила, что она вообще-то тоже маг, и обожженную подушечку указательного пальца покрыла тонкая корочка льда.

В помещении повисла взволнованная пауза. Школяры переглядывались или, вытягивая шеи, пытались рассмотреть, что же за диковинку я призвала.

– Адептка Золотова, – нехорошо прищурившись, произнесла Сесилия. – Прикоснитесь-ка вы к тому, что вызвали.

– Не хочу! – пискнула я и спрятала руки за спину.

– Ну же, адептка. Не бойтесь. Вы ведь боевик, в конце-то концов, – увещевала меня преподавательница.