Эксперт достал тонометр. Я незаметно включила диктофон в кармане. Бокова заговорила неожиданно спокойным тоном.

Глава тридцать восьмая

В Агафине царили строгие нравы. За малыми детьми взрослые тщательно следили. Ребят не делили на своих и чужих. Замечания малышу мог сделать любой взрослый, если же ребенок бежал к родителям и ныл:

– Тетя Клава у меня отняла карамельку и выкинула, – то отец или мать говорили:

– И правильно! Сладкое только по праздникам положено. Ну-ка, рассказывай, где взял в обычный день лакомство? Кто тебе разрешил его есть?

А еще в общине не поощрялось хвастовство. Да и особого повода задирать нос перед другими детьми, по мнению взрослых, у их ребенка не было. Сыновей-дочерей в Агафине одевали одинаково просто. Никто не щеголял в роскошных нарядах, не носил золотых украшений. Детство Василисы выпало на бедные годы, даже не у всех мужчин тогда имелись наручные часы. И еда на столах в избах была простая: каши, супы, молоко, яйца. Пироги, печенье пеклись по праздникам, конфеты привозили из Москвы, они считались лакомством, дорогим подарком. Мешочки с леденцами, редко с шоколадом, вручались только на день рождения бога Солнца.

Учитывая строй жизни, можно было ожидать, что в детском коллективе не возникнет ростков зависти, злости, желания стать вожаком. Взрослым казалось, что их дети прекрасно общаются друг с другом. Но на самом деле у ребят складывались другие отношения."

"Вениамин на всех собраниях непременно говорил:

– Мы все равны. Мы все любим друг друга. У нас одинаковые условия жизни.

Взрослые почему-то не видели или притворялись, будто не замечают, что у одних маленькая изба, у других большая, а у Вениамина каменный дом. Ни глава общины, ни Авдотья не убивались на огороде и в поле, не ухаживали за скотиной. Им все приносили готовеньким. Кое-кто из приближенных к Локтеву селян часто катался в Москву, привозил оттуда обновки. Но большинство жителей не могли позволить себе купить ботинки, донашивали старые. Клавдия, мать Анастасии, являлась местной знахаркой. У нее были клиенты в столице, она постоянно ездила к ним домой. У Погодиных в избе была очень красивая посуда, Настя щеголяла в платьях, которые ей шила тетка Федосия. А та, отличная портниха с широким кругом заказчиков, жила в Москве и работала в ателье.

Вот у Василисы не было ничего хорошего, пара ситцевых юбок и кофт на лето, зимой девочка носила байковое платье. Из обуви у нее были валенки да ботинки. Летом Вася бегала босиком. Отсутствие нарядов не беспокоило девочку. В ее детской голове возникали недетские вопросы. Если все равны, то почему Гортензия постоянно говорит девочкам:

– Мой папа в Агафине главный, а я главнее вас всех.