Впрочем, в качестве наблюдателей вы можете остаться в первых рядах.

Каждый раз, когда она заканчивает говорить, рядом с креслом начинает формироваться женский силуэт. Очень знакомый силуэт, который я видел совсем недавно.

Проходит буквально мгновение, а в меня впиваются два алых, как рубин, огонька.

— Вот мы и встретились вновь, Лорд Шурик, — произносит она.

Богиня Мирантис собственной персоной снизошла до нас смертных.

Глава 20

— Моё почтение, богиня, — вежливо склоняю голову.

Никакого почтения я, понятное дело не испытываю. Но и хамить лишний раз не хочу. Мало ли, какие будут последствия. И без того, ничего хорошего не ожидается.

— Ты с кем говоришь, Лорд? — уточняет Малой.

— Так вы её не видите? — переспрашиваю.

Мои воины слитно качают головами.

Всё ясно, чёртова «Одержимость» продолжает работать. И непонятно, то ли Мирантис сейчас материализовалась для всех, и к примеру может запулить свои астральные копья в мою фалангу.

А может она тут только в мою честь, и до остальных ей не дотянуться. Второй вариант легче, но я себя по прежнему чувствую неуютно.

Всё, больше никаких человеческих жертв, мысленно говорю сам себе строгим голосом, словно убеждаю себя бросить курить, или оказываться от десерта.

Но больше всех удивлена Стайса.

— Ты её видишь⁈ — восклицает она, — впрочем… Какая разница. Ты всё равно скоро умрёшь вместе с остальными. Они все станут твоей пищей, богиня!

Стайса делает широкий жест рукой, словно гостеприимная хозяйка, и Мирантис довольно улыбается.

Жрица отворачивается к столу, к которому привязана девушка. Довольно симпатичная, если бы не гримаса ужаса на лице.

— Джо-Джо, разберись с ними, — бросает она через плечо.

Фигура мужчины надвигается на нас. Теперь я могу его разглядеть достаточно хорошо. Так вот как выглядит лидер наездников."

"Честно говоря, вид у него не очень.

Весь в крови, пыли и деревянной стружке.

Глаза полыхают темно-красным светом, а в животе виднеется огромная сквозная рана. Как он вообще, истекая кровью, всё еще способен стоять на ногах?

Шаги у Джо-Джо тяжелые, грузные, словно механические. Лицо застыло в маске безразличия. В самом деле живой голем, а не человек.

Он встаёт перед нами, размахивая молотом, не продвигаясь вперёд, но и давая чётко понять, что дальше нам не пройти.

— Малой, Майор, вы со мной, остальные — постарайтесь не умереть, — командую я, покрепче сжимая рукоять меча в ладони.

Ну что же, посмотрим, чего ты стоишь.

Джо-Джо не реагирует даже тогда, когда мы втроем подходим к нему вплотную. Не двигается, не провожает взглядом горящих глаз, со стороны кажется, что и не дышит.

Просто стоит и глядит куда-то в пустоту зала.