Цель полностью закрыта фигурой Людмилы. Стрелять невозможно.

Когда в голове появляется мысль, что надо приблизиться и обойдя её сбоку, поразить огнём, чуть не шагаю вперёд. Останавливаю себя в последний момент. Откуда у меня, блядь, взялась в голове настолько тупая идея?

Почему я не отдал приказ открыть огонь, как только мы её заметили? Маленький ребёнок с чипом, который не видит “радар” — это же стопроцентная угроза.

Перевожу ствол оружия на бывшую монахиню, целясь ей в лицо. Кричу.

— Огонь!

Замечаю, как дёргается из стороны в сторону ствол пулемёта на “Барсике”.

Со стороны Анны слышится голос.

— Может стоит поговорить с ней. Ведь это просто ребёнок.

Сам я держу палец на спусковом крючке, не в силах его нажать. Понимаю, что надо и немедленно. Но не могу себя заставить. В голове хаотично кружатся мысли. Часть меня уже считает, что идея стать отцом этой маленькой девочки и оберегать её от невзгод — не такая плохая идея.

Наваждение спадает, когда слева от меня грохочет автоматная очередь. Вижу, как пули бьют в корпус Людмилы, опрокидывая женщину на землю. Яна как-то сумела открыть огонь. И теперь не останавливается, опустошая магазин.

Впереди раздаётся дикий детский визг. Маленькая фигурка отскакивает от падающей фигуры её защитницы и бросается к обочине. Ловлю цель в прицел и на этот раз успешно жму на спусковой крючок.

Попадаю. Вижу расплывающиеся красные пятна на синей ткани. девочка, прошитая пулями, оседает на асфальт. Всаживаю в неё ещё две короткие очереди. Со стороны обочины грохает “Единорог” Анны и тело дёргается.

Чувствую, как меня начинает отпускать. Делаю шаг назад и тяжёло приваливаюсь к внедорожнику. Что это была за дрянь? Через несколько секунд отлепляюсь от борта внедорожника, шагая вперёд.

Анна остаётся на обочине. Яна шагает рядом, тоже держа труп в синем платье под прицелом.

Приблизившись, проверяю изрешечённое пулями тело Людмилы. Как и следовало ожидать, женщина мертва.

После неё перехожу к девочке. Прошита пулями, кусок ноги оторвало попаданием из “Единорога”. На всякий случай проверяю пульс. Ничего.

Встав, начинаю отдавать приказы. Оружие и боеприпасы — собрать. Тела загрузить в “Барсика”. После чего убираемся с этой дороги. Сам занимаю позицию около асфальта, прикрывая колонну.

Рядом устраивается Яна.

Пока наблюдаем за периметром, решаю уточнить один момент. Повернувшись, тихо спрашиваю.

— Как у тебя получилось?

Девушка косится на меня. Секунд семь-восемь молчит. Начинает выдавливать из себя слова.

— Просто вспомнила, как эти в монастыре. Мочились на лицо. Злость помогла.

Думаю, что ответить, но тут сложно подобрать слова. Поэтому молчу. Если бы не она, то с высокой долей вероятности, мы были бы мертвы. Или превратились бы в радостных кукол.