— Похуй на массаж, иди сюда, Ангел, — хрипло зовет Демьян, и мне совсем не хочется отказываться.

Разворачиваюсь лицом к нему, сажусь на колени. Демьян рывком стягивает бретели бюстгальтера и жадно разглядывает соски. Накрывает их руками, выкручивает, и когда влажный язык касается затвердевших вершинок, у меня мгновенно намокает перемычка трусиков.

Двигаю бедрами, скользя влажным кружевом по ноге Демьяна. Дико хочется его отодвинуть и почувствовать набухшей, сочащейся соками плотью горячую кожу.

Комната плывет перед глазами, очертания предметов становятся размытыми. Мне не хочется, чтобы Демьян останавливался, сегодня особенно не хочется.

Не стоит так упираться, иногда эта разрядка все же необходима. Но сейчас мои ощущения совсем другие. Так же как и движения Демьяна.

Он не просто стремится доставить мне удовольствие. Он явно получает его сам. Гладит, трогает, целует.

— Ты такая охуенная, Ангел, — бормочет, касаясь губами шеи, — просто пиздец.

Я льну к нему, стягиваю футболку и глажу широкую мускулистую грудь.

— Ты тоже, Демьян, тоже... — шепчу, придвигаясь ближе.

— Что тоже?

— Охуенный... — шепчу ему в самое ухо.

Демьян стонет, с шумом выпускает воздух сквозь стиснутые зубы. Подталкивает за попку, вынуждая вдавиться своим тайным местечком прямо в твердый пах. Оно горит, сладко пульсирует, и мне нужны его пальцы. Прямо там, прямо сейчас...

Стоп.

Твердый? Но как...

Мы смотрим друг другу в глаза. Какие-то доли секунды, не больше. Демьян издает глухой рык, разрывает руками тонкое кружево, и я чувствую у ноющего пульсирующего входа что-то большое и горячее.

Мои глаза расширяются, я вцепляюсь в широкие плечи.

— Демьян... — шепчу беспомощно, он нахлынувших ощущений не могу больше сказать ни слова. Истерзанные, зацелованные губы пересыхают, торопливо их облизываю. — Демьян...

— Я так люблю тебя, Ангел, пиздец, — хрипло выдыхает он. Впивается пальцами мне в бедра, приподнимает и с силой насаживает на твердый вздыбленный член.

***

Демьян

Клянусь, я не хотел сделать ей больно. Но нахлынувшие ощущения оказываются такими яркими, острыми и болезненными, что я теряю над собой контроль. Полностью.

Она просто терлась об мой пах, мы и раньше так делали. Ангел так охуенно текла, и я пальцами заставлял ее кончить.

Она сердилась потом, просила больше так не делать. Потому что мы типа должны вдвоем кончать. Только если мой член болтается как ебаная тряпка, то почему нельзя получить удовольствие хотя бы Ангелине?"

"Но в этот раз все было по-другому. Оно как-то с самого начала пошло иначе, я просто старался не зацикливаться, чтобы потом не обломаться. Чтобы не кормиться пустыми ожиданиями, как раньше. Когда дрочить пытался, когда готов был нахуй оторвать этот член и в унитаз спустить.

Я почувствовал возбуждение, настоящее.