Двигается медленно, плавно, зная, что мне этого не хватает. Издевается подобно Сэму, который лишь слегка грудь накрывает.

– Давай, принцесса, попроси.

– Я хочу кончить, пожалуйста.

С каждым разом это всё проще получается. Просить, говорить о желанном, зная, что они не осудят. Мужчины только дадут это, больше и лучше.

И они дают. Не спрашиваю больше, не заставляют говорить. Только сильнее давят, быстрее двигаются. Чтобы всё тело выгнулось, наполняясь наслаждением. И голос сорвался от очередного стона или имени мужчин.

Сквозь вату доносятся падение и выкрик:

– У вас, блять, своей квартиры нет?

Бедный, бедный Теймур.

Глава 39

– Прости.

Я чувствую, как пылают мои щёки, когда прячусь за мужчинами. Ну, на них хоть какое-то подобие одежды осталось. Меня разрывает от неловкости. Ощущение, что отец вернулся раньше, а я с мальчиком на диване обнимаюсь.

Так почти и есть. Только отчим, а не отец. И мальчиков двое. Мне не пятнадцать и давно уже не двадцать. А смущаюсь всё так же. Господи, что же теперь Теймур подумает обо мне.

Ладно, Слицерин, ты идиотка и это факт. А ещё лучшая защита – нападение. Побольше воздуха и:

– Зато ты знаешь, что я чувствовала, когда застала тебя с невестой.

– А нечего было вламываться в сауну!

Отчим багровеет, чего с ним случалось приблизительно никогда. А нет, как раз в тот самый раз в сауне. Когда мой самолёт прилетел на полчаса раньше, а Тей вообще забыл о моём приезде.

– Нечего вламываться, не постучав! Может я тут голая хожу.

– Ты и есть голая.

Меня пробирает истеричным смехом, которые не получается сдержать. Упираюсь лбом в влажную спину Сэма, стараясь спрятаться. Давайте, мальчики, покажите себя во всей красе.

Кажется, я свихнулась.

Точно.

Ещё в момент, когда впервые встретила Алекса и Сэма.

– Так, я отворачиваюсь, а у вас минута, чтобы смыться отсюда. После найду своё ружьё и проведу воспитательную беседу, если не успеете.

И мужчины удивляют меня. Они не суетятся, поднимая вещи с пола. Не спешат скрыться в своей квартире, спасаясь от гнева Тея. Сэм медленно натягивает футболку, а Алекс поднимает мои потерянные шорты, протягивая.

Ни капли растерянности или страха на лице. Ледяное спокойствие, которое передаётся и мне.

– А где Марк?

– Вспомнила, что с ребёнком живёшь? Он в машине спит, зашел проверить обстановку и… Блять, Юн! Я не о том.

Теймур шестым чувством понимает, что сказал лишнее. А может замечает в каком-то отражении, как я дёргаюсь. Словно пощечину получила, а не справедливый упрёк.

Такое слышать – неприятно. Особенно от отчима, который всегда поддерживал меня. Он не обязан был, я ему чужая девчонка. Так, два года прожили под одной крышей.