Если бы еще и дар применила, точно бы свалилась в обморок. И так держалась на чистом упрямстве. Одно дело – угадывать, кто убийца, в сериале, под уютным пледом бок о бок с мамой, и совсем другое – диагностировать причину смерти в ледяной от насланного воздушниками мороза прозекторской. Хоть таким незатейливым способом мы временно приостановили разложение, чтобы успеть пересчитать и осмотреть погибших. Замороженные трупы еще и воняли меньше – двойная польза.

К телам привязывали веревками крупные камни и сбрасывали, судя по местам, где их нашли, прямо через парапет в реку.

На ногах остались потертости, у некоторых висели обрывки бечевы. Чем тело свежее – тем раны в груди и брюшине становились многочисленнее, будто убийца входил во вкус. Почему будто? Так и было. Он явно наслаждался процессом чудовищного творчества.

* * *Я прошлась по крохотной комнате, выполнявшей сразу все функции: от гостиной до спальни. Как современные студии. Квартирка располагалась под крышей, так что высокие потолки позволяли надстроить второй полуэтаж для спальни и ванной. Трубы сантехники проходили прямо вдоль стены, их без особого успеха маскировала разлапистая алойская пальма в кадке.

Подергав за листик, я обернулась к Бродерику. Он успел гостеприимно налить нам чай и устроился на высоком стуле у кухонной стойки, выжидающе глядя на меня.

– Вы мне доверяете?

Дожидаясь ответа, я положила истерзанные перчатки на стол и принялась вынимать по одной шпильки, удерживавшие на месте шляпку.

– Да… – несколько заторможенно ответил Салливан, внимательно наблюдая за процессом.

– А если окажется, что под маской скрывается преступница, вы меня выдадите?

Поневоле в голос закралась нотка кокетства.

Все же мы одни, а я в каком-то смысле раздеваюсь.

– Вы кого-то убили? – подобрался Бродерик.

Вот профессионал! Вся расслабленная заинтересованность стриптизом с него моментально слетела, оставив цепкий, буравящий взгляд полицейского. Я притормозила с разоблачением."

"– Нет, но я скрываюсь. И мне бы не хотелось, чтобы меня нашли. Скажу сразу, я никого не грабила, не убивала, а если и обманывала, то самую малость, – честно объяснила я, не объяснив фактически ничего.

Бродерик задумчиво покачался на стуле.

– Если я сейчас не пообещаю вас не выдавать ни в коем случае, вы выйдете за дверь и больше не придете? – уточнил он практически утвердительным тоном. Я молча кивнула. – Тогда я согласен. Клянусь не выдавать вас ни при каких обстоятельствах и хранить вашу тайну ценой своей жизни.

Он машинально поднял руку, как и все маги, но свечения на пальцах не появилось. Салливан замер, неловко опустил ладонь на стол и пожал плечами – мол, инвалид, что поделаешь.