– Ладно, скоро увидимся…

– Скоро? Неужели смерть так близко?

– Для тебя – может, и нет, а для меня – это одно мгновение.

– Ты знаешь дату моей смерти… Скажешь?

– Mi scusi[26], Медведь: нет, не скажу. Зачем тебе это знать? Чтобы считать минуты, отмерянные нашей судьбой?

– Чтобы подготовиться.

– Поверь мне на слово: времени будет достаточно.

– Почему ты не смотришь мне в глаза, Пеппино?

– Не надо смотреть мертвым в глаза. Плохая это примета, Медведь. – Джузеппе встал, привычно закинул автомат на плечо и что-то бросил мне на руки. – Лови! На память…

На моей ладони лежал небольшой камешек, величиной со спичечный коробок.

Его округлые бока тускло блестели металлическим темно-желтым цветом. Даже во сне я чувствовал приятную тяжесть.

– Это золото, Марино…

– Именно так, Медведь, – золото. Лишнее золото.

– Разве золото может быть лишним?

– Может, поверь мне на слово. До определенной поры. А сейчас – просыпайся, тебе пора в путь. И не надо торопить жизнь, сержант Нардин… Удачи тебе!

Джузеппе махнул на прощанье и ушел, растворясь в ослепительном солнечном свете. Я хотел окликнуть его или догнать, но что-то держало на месте, словно не пуская за моим другом.

Будто еще не пришло мое время, чтобы идти следом за ним…

– Просыпайся. – Кто-то тряс меня за плечо. Открыв глаза, я увидел Джека Чамберса. – Ну и здоров ты спать, Поль. Настоящий медведь! Подлетаем!

– Куда? – толком не проснувшись, спросил я.

– Протри глаза! Под нами знаменитый «Последний привет»! Добро пожаловать на край света, старина!

Я посмотрел в блистер и увидел проплывающий под брюхом вертолета утес. На его вершине была небольшая площадка, где расположился один из постов, прикрывающий форт с восточной стороны.

Брезентовый навес, накрытый маскировочной сеткой, сложенный из мешков с песком бруствер и ствол крупнокалиберного пулемета, торчащий из амбразуры. Серьезно они здесь устроились, ничего не скажешь. Времени осматривать поселок у нас не было – пилот заложил очередной крутой вираж и пошел на посадку. Да и что там разглядывать? Территория гарнизона огорожена высоким забором из колючей проволоки, вдоль периметра – пулеметные гнезда; несколько ангаров и десяток приземистых домов. Сразу за ограждением находится гражданская часть форта. Одна широкая улица, вдоль которой выстроились запыленные домишки. Ничего необычного, привычный набор для пограничных поселений: десяток небольших магазинчиков, два бара и бордель. Помесь Дикого Запада с легким налетом изнеженной современности. Сразу после высадки мы отправились к командиру гарнизона. От вертолетной площадки до штаба – около ста метров, не больше. Сразу навалилась духота, а на зубах захрустела пыль. Саванна, господа…

Полковник Рэй Бирсфорд был поразительно похож на Жана Габена.