– Ты не слишком много себе позволяешь, сынок? Тебе же ясно сказали: не наше дело – ваше дерьмо разгребать!

– Карим, – поморщился я. Не хватало еще драку здесь устраивать. – Поехали, а?

Шайя оттолкнул мычащего собеседника, и тот с глухим стуком ударился затылком о крыло нашей машины.

– Перестань машину ломать! Что за мода – портить имущество Ордена? – Я открыл дверь и, морщась от боли, взгромоздился на пассажирское сиденье.

– Ты в каком смысле?

– Во всех возможных, – отмахнулся я, вспомнив фразу Чамберса про «мясо».

– Нет, ну ты скажи, – мой друг поднялся и отряхнул штаны от невидимой пыли, – откуда такие берутся?

– Из мешка достают. Не глядя. На ощупь.

На выезде из Виго нас остановил патруль на двух джипах. Борт одного из них украшают свежие пулевые пробоины. Гонялись мальчики за кем-то. Военные проверили документы, скользнули взглядом по салону машины и попрощались.

– Надеюсь, что на этом наши дела закончились? – зевнул Карим, когда пост, скрывшись в клубах пыли, остался позади.

– По-моему, они только начинаются, – ответил я. – Кофе будешь?

– Кофе? – переспросил он. – Наливай…

Уже подъезжая к окраине Базы, заметили небольшую группу людей в оранжевых балахонах.

– Это еще кто?

– На футбольную команду не похоже, – хмыкнул Карим и достал из кобуры пистолет.

Все оказалось проще. Это были заключенные Нового мира. Люди, которые совершили небольшие преступления и были наказаны общественными работами. И вот эти оранжевые мальчики, обливаясь потом, строят железнодорожную ветку от Базы до Порто-Франко.

Мы притормозили, но конвойные, заглянув в машину, только руками замахали. Мол, езжайте, ребята, по своим делам. Неподалеку от джипа охраны заметили два мертвых тела. Судя по характеру повреждений, это не пулевые ранения. Уже прибыв на место, узнали, что заключенные здесь редко сбегают и охранники нужны для защиты рабочих от диких животных.

21 год по летоисчислению Нового мира.

Западное побережье, к югу от Рио-де-Жанейро"

"Еще на борту, за несколько часов до высадки, Нардин-старший заметил, что ветер изменился. Вчера вечером дул южный, а утром его сменил северный. В нем не было соленого привкуса моря, но зато явственно чувствовался одурманивающий горный запах. Майкл Беннет, отвечая на вопрос Поля, лишь бессильно пожал плечами:

– Здешний ветер, сэр, как настроение у моей жены! Старушка, черт побери, добра, но предугадать ее поведение невозможно!

– Скажи мне, Майкл, – ухмыльнулся Шайя, – а не по этой ли причине ты проводишь большую часть жизни в море? Сидел бы дома, растил внуков…

– И слушал бредни моей старухи?! Да ты с ума сошел, Карим!

– Что и требовалось доказать. – И алжирец довольно осклабился.

Яхта легла в дрейф неподалеку от входа в бухту.