И все-таки немного странно… Видеокамеры во дворе висят, а сигнализации нет. Несколько секунд Шайя прислушивался, а потом аккуратно скользнул в оконный проем. Еще минута – и я последовал за ним. Внутри ангара было тихо и прохладно. Пахло пылью, машинным маслом и еще чем-то неуловимым. Рядом с входной дверью горел забранный решеткой фонарь, освещая красно-белую табличку с трафаретной надписью: «Выход». Правее – лестница на второй этаж. Широкий балкон, опоясывающий ангар по периметру. В дальнем углу – офисное помещение.

Несколько рядов с деревянными ящиками.

Рядом с ними – запыленный джип с разбитым лобовым стеклом, трактор «Massey Fergusson» и вилочный автопогрузчик TFN. Дьявольщина… Ящики можно было не проверять – они слишком маленькие для мастер-шлюза. Я недоуменно осмотрелся – пусто…

– И где ваш груз? – спросил Карим. – Где эта головная боль Нового мира?

– Стоять!

Вспыхнуло несколько прожекторов, осветив центр ангара, где, словно на арене цирка, стояли два клоуна. В роли белого – ваш покорный слуга, а рыжего изображал Шайя.

– Всем оставаться на местах! Огонь открываем без предупреждения!

– Merde, – сквозь зубы прошипел Карим и, прищуриваясь от яркого света, посмотрел по сторонам.

– Смотреть прямо перед собой! Я не понял: кто-то хочет получить пулю в затылок?! Перестали вертеть башкой! – Усиленный мегафоном голос гремел в пустом ангаре, словно иерихонская труба. – Все оружие медленно положить на пол и сделать три шага назад!

– Твою мать… – выругался я.

Выхода не было, пришлось подчиниться. Автомат и пистолет аккуратно положил на пол. Несколько секунд – и туда же легла разгрузка. Карим, судя по металлическому стуку, сделал то же самое.

Да и куда тут дернешься, если в тебя кто-то уже прицелился, а ты даже не знаешь – сколько пальцев дрожат от нетерпения нажать на спусковой крючок?

– Два шага назад, опустились на колени – и руки на затылок!

Мы послушно отодвинулись назад и подняли руки.

– Я же сказал: встали на колени!

– Хрен тебе, – отчетливо произнес я.

– Не понял! – прогремел голос.

– Да пошел …, придурок! Хочешь стрелять – стреляй. На колени вставать не буду.

Карим буркнул что-то одобрительное, а затем, немного повысив голос, произнес длинную и витиеватую фразу.

Смысл сводился к тому, что Шайя нежно любил не только невидимого нам оратора, но и его родственников и знакомых. И весь Новый мир в целом. В извращенной форме, но зато искренне.

Умирать всегда неприятно. Особенно вот так – стоять и ждать свою пулю. В ангаре стало тихо. Казалось, что я слышу, как из прожекторов, рассекая сумерки, струится свет. Белый и безжизненный. Дьявол вас раздери, с вашим миром и вашими секретами… Мы осторожно переглянулись.