Вновь выпадаю в осадок в очередной раз. Он издевается или взял меня к себе без какого-либо четкой цели и смысла?

Беру себя в руки и начинаю перечислять, что умею и знаю, пусть сам решает. Как будто вновь на собеседовании и судя скучающему лицу работодателя, его все мои навыки не очень впечатляют. Наверняка все это уже исполняют другие помощницы. Сейчас он зевать начнет.

– Борщ умеете готовить? – прерывая мою речь, спрашивает начальник.

В какой там раз я выпадаю в осадок? Серьезная корпорация, разговор с президентом о моих навыках, у меня нервы на пределе, а он спрашивает про борщ? Как это связано с работой? Теперь я могу точно сказать, что он издевается. Зачем, почему? Я не понимаю. Что я ему сделала?

– Нет, – отвечаю сухо и коротко. – Вы взяли меня на работу, чтобы посмеяться надо мной?

– Ну что вы. На самом деле, на вас были очень хорошие рекомендации моих знакомых и друзей, так что я решил вас взять… будем считать впрок. Рано или поздно помощники меняются, кто-то уходит в декрет, кто-то переводится на другую должность. Пока я даю вам возможность присмотреться и выбрать, чем конкретно вам хотелось бы здесь заниматься. Позже, либо освободятся чьи-то обязанности, либо я сам выберу, чем вы будете заниматься, в зависимости от ваших наклонностей.

– А пока нет конкретных обязанностей, мне что, бездельничать за зарплату?

– Помогайте, по возможности, в приемной.

– Предлагаете, быть помощницей у личных помощников? Девочка на побегушках? Только вы знаете, что никто мне не даст даже такой возможности? Все опасаются, что я займу их место, так что ревностно будут делать все сами.

Лицо начальника сделалось задумчивым.

– Вам, кажется, нравилось вести архив? Будьте тогда на связи с нашим архивом, чтобы в любой момент я мог быстро получить оттуда всю нужную информацию. Устроит вас такой вариант?

Неуверенно кивнула. Мне бы послать Баринова куда подальше с его странным отношением и идеями, но отчего-то не могу. Дело тут не только в огромной зарплате. И даже не в бровях. Он вроде бы издевается, но я не чувствую, что это со зла.

Эм-м. Он что, снова про меня забыл и своими делами занялся? Точно, в планшет смотрит.

– Марат Давидович, мне можно идти?

Президент поднимает голову.

– Идите, если хотите.

Ха, а если не хочу, можно остаться?

Поднимаюсь, но прежде, чем уйти, все-таки спрашиваю:

– Хотела бы уточнить на будущее. Сидеть в вашем присутствии можно?

– Можно.

– Почему тогда помощница… – эх, как ее зовут-то? Забыла. – Почему помощница номер пять так удивилась, когда я села?

– В моем присутствии все сотрудники отчего-то предпочитают стоять, сесть почти никто не пытался, хотя в уставе ничего такого не прописано.

– А, понятно. Это, видимо, из уважения к вам.

– Да, и выходит, что вы меня не уважаете, – хмыкает босс."

"Натянула улыбка.