Так что усилил охрану не зря. Мы остановились, потому что мне сообщили, что при проверке под нашей машиной обнаружили взрывчатку. Видимо тот, кого наняли понял, когда мы остановились, что этот вариант провален, и решил стрелять.

– Как ты понял, что будет стрелять?

– Я не понял, огляделся на всякий случай. Возможно интуиция, осторожность – слишком напряженный был момент. Заметил его в окне отеля.

– Почему ты меня не предупредил о своих опасениях?

– Я же понимаю, насколько смотрюсь со стороны параноиком. Охрана и так была усилена. Ни к чему было портить тебе этот день дополнительными вопросами касательно моего душевного здоровья и желания надеть бронежилеты тебе, себе и всем гостям на свадьбе."

"– Смеешься, что ли? После того, как меня Альбина заказала, меня охрана вообще не смущает. Хоть полк.

Порывисто обняла Марата и заплакала.

– Как же я испугалась.

– А уж как я испугался. За вас. Ника, перестань, не могу видеть твои слезы. Все будет замечательно, обещаю, с дядей разберусь, больше он нас не побеспокоит.

Марат успокаивающе гладит по голове.

– Как разберешься?

– В первую очередь финансово. У него больше не будет средств, чтобы хоть как-то вредить, ему удвоят срок. Ну и… по мелочи, Он сам не будет рад, что решил со мной связаться.

Глаза Марата мстительно блеснули.

Больше на свадьбе ""экстремальных развлечений"" не было. По сравнению с утренним инцидентом все остальные мои страхи мне уже перестали казаться значительными, скорее надуманными и смешными. Свадьба прошла замечательно, легко, весело.

В последующие дни, недели и месяцы ни разу ни о чем не пожалела, поначалу закрытый для отношений, Марат постепенно стал раскрываться все больше, оказался очень заботливым, непередаваемо теплым, внимательным, он продолжил свою игру в угадывание моих желаний, с каждом разом угадывая все лучше. Незадолго до родом вернулись в большой город. Там, на стенах в разных комнатах я вдруг обнаружила неожиданно много наших совместных фотографий в рамочках, а в гостиной одну так и вовсе в полстены на холсте. Приятно так.

В положенный срок у нас родился мальчик с замечательными бровями, глазами, ручками, ножками, пальчиками, личиком и вообще всем-всем самым любимым и лучшим на земле, вылитый папа, серьезный, но ласковый, невозможно милый, а еще через пару лет у него появилась сестренка, рыженькая, непоседливая, шебутная хохотушка."