При моем появлении девушки, и без того не особо громкие окончательно затихли. Быстро подхожу к той девушке, что может мне подписать документ. Хочется поскорее отсюда уйти.

Помощница смотрит на меня круглыми глазами и не торопится ничего подписывать.

– Привет, – произносит помощница. – Да, давай подпишу. А почему ты уходишь? Уволили за что-то?

– Да нет, по собственному желанию.

– Но почему? Тебе ведь и личный кабинет классный дали, и зарплата отличная. С начальством поругалась?

На удивление, очень близко к истине. Ой, а здесь ведь еще везде камеры и прослшка, наверное, с больной любовью Баринова к контролю.

– Нет, просто, как мне кажется, переросла эту должность. Ну и… признаюсь, президент наш мне не особо нравится. Хочу поискать себе кого-то другого, получше, – последнее слово произнесла погромче, чтобы уж точно все датчики уловили.

– Да ты что, куда уж лучше? Холостой миллиардер, красавчик.

– Характер так себе.

– Ну это да, – хихикнула в ответ помощница, наконец, подписав мои документы. – А куда-то конкретно уходишь? Нашла где-то место?

– Я пока об этом не думаю, хочу морально восстановится после этой работы.

С облегчением, скорее забираю бумаги и… хлопнула дверь начальственного кабинета. Резко так. Я с другими помощницами одновременно дернулись.

Баринов вышел, весь такой хмурый, деловой, оглядел приемную, когда его взгляд остановился на мне, бровь вопросительно-удивленно приподнялась, словно он не понимает, что это я тут вообще делаю и откуда взялась, но потом переводит взгляд на другую девушку. Ту, что должна сопровождать на выезды и совещания.

– Ольга, выходим.

Помощница подскакивает и круглыми глазами смотрит на президента.

– Марат Давидович, так ведь еще рано, встреча назначена только через три…

– Встреча перенеслась.

Ваша работа заключается в том, чтобы задавать вопросы или беспрекословно следовать за мной?

Ольга тут же выхватывает папку из ящика стола и на нереальной скорости, с ее-то шпильками, оказывается возле начальника.

Президент и его помощница уходят.

Показушник.

Украдкой перевожу дыхание, пытаюсь унять сердцебиение и пытаюсь понять, как сейчас пойду на подгибающихся коленях.

Можно было бы подумать, что Марата абсолютно не заинтересовало мое появление, но зачем так хлопать дверьми?

– Что-то босс сегодня особо лютый, – замечает помощница, с которой я вела беседу.

– К моему кофе сегодня сильно придирался, все ему не то, три раза ему переделывала, думала, инфаркт меня хватит. Последнее кофе забрал, но все равно свои брови кривил.

– И главное, не говорит, что конкретно ему не нравится! – это эмоциональное восклицание я слышу, уже уходя в сторону выхода."

"Коридор. Бреду к лифту, но не дойдя, резко торможу. У лифта Баринов с помощницей стоит, не успели еще уехать.