Погода переменилась внезапно, и сумрачный Петербург сегодня нежился в лучах июльского солнца, словно торопился вобрать в свои каналы всю яркую синеву небес. Со стороны Лебяжьей канавки полыхал густой зеленью Летний сад, чьи деревья помнили и революцию, и блокаду, и перестройку, вбирая в себя тысячи людских взглядов. Потемневший от жары асфальт грел подошвы не хуже русской печки.

«Не очень-то приятно париться в кроссовках с корректирующей стелькой, когда остальные женщины щеголяют в босоножках и балетках», — подумала Анфиса у входа в ресторанчик на набережной Мойки. Немного помедлив, она вошла в полутёмное помещение, с удовольствием отмечая, что не опоздала, что её заказчик уже пришёл и ждёт у окна со стаканом коктейля лимонно-жёлтого цвета утонувшей канарейки.

При виде Анфисы он приподнялся с места и старомодно поклонился.

— Вы умеете быть точной.

— Стараюсь не подводить заказчика.

Он растянул губы в полуулыбке:

— Ценю.

Созваниваясь накануне, клиент представился Станиславом, без отчества. Станислав так Станислав. По голосу Анфиса решила, что он совсем молодой, но на вид Станиславу катило больше к пятидесяти. Очень крупный, медлительный, он походил бы на добродушного медведя-панду, если бы не пронизывающий взгляд спокойных серых глаз под набрякшими веками.

— Мне порекомендовал вас Пётр Васильевич. Он сказал, что вы лучшая. Это правда?

Анфиса пожала плечами:

— Не знаю. Петру Васильевичу виднее — он преподаватель, а я студентка.

— Пётр Васильевич — один из самых сильных преподавателей по фотоискусству, к которому совсем непросто попасть в ученики, — уточнил Станислав. — Да и вы уже не студентка, а настоящий мастер, если верить молве.

— Мне повезло, — коротко сказала Анфиса, не желая вдаваться в подробности.

Но клиент не отставал:

— Понимаю, что не самое этичное — обсуждать с вами другие заказы, но я слышал, что после ваших фотографий руины мыловаренного завода продали за один день. У вас лёгкая рука и умение показать перспективу здания. — Он протянул Анфисе меню: — Закажите себе что-нибудь. Завидую тем, кто может не отказывать себе во вкусностях.

Он переждал, пока Анфиса выбрала кофе глясе и эклер, и продолжил:

— Признаюсь, я восхищён вами. Девушка — и промышленный фотограф… Это нечто! Да ещё достигшая таких высот, что к ней заказчики выстраиваются в очередь.

— Ну, с очередью вы перебрали, — засмеялась Анфиса. — Бывает то густо, то пусто.

Она, конечно, немного лукавила, но подумала, что всегда лучше преуменьшить свои возможности, чтобы не спугнуть удачу. Удивительно, но с первых же дней её самостоятельной работы заказы посыпались как из рога изобилия.