— Рад с вами познакомиться. — Он слегка улыбнулся и добавил: — С Джилл у меня давние отношения, правда, Джилл?

— Не такие близкие, как ты себе, кажется, вообразил, Джим.

Он рассмеялся, бросив взгляд в сторону Ребуса.

— Она просто стесняется, — сказал он. — Я слышал, убита еще одна девочка.

— У Джима всюду шпионы.

Стивенс постучал пальцем по своему кроваво-красному носу и ухмыльнулся, глядя на Ребуса.

— Всюду, — подтвердил он. — Да и сам я всюду поспеваю.

— Ох, любит наш Джим прихвастнуть, — заметила Джилл, и в голосе ее послышались резкие нотки сарказма.

— Завтра еще одна пресс-конференция, Джилл? — спросил Стивенс, шаря по карманам в поисках давно забытых где-то сигарет.

— Да.

Рука репортера легла на Ребусово плечо.

— Давние у нас с Джилл отношения, давние.

Стивенс помахал на прощание, вовсе не рассчитывая на то, что его жест будет замечен, и удалился, хорошенько запомнив лицо Джона Ребуса.

Джилл Темплер вздохнула, прислонившись к стене там, где Стивенс запечатлел свой неудавшийся поцелуй.

— Один из лучших репортеров в Шотландии, — сухо сказала она.

— Ясно. А ваша работа — иметь дело с такими, как он?

— Он не так уж плох.

В гостиной, судя по всему, назревала ссора.

— Ну что, — спросил Ребус, расплывшись в улыбке, — позвоним в полицию, или вы предпочтете приглашение в один известный мне маленький ресторанчик?

— Пытаетесь меня соблазнить?

— Возможно. Вам судить. Вы все-таки сыщик.

— Ладно, будем считать, что вам повезло, сержант сыскной полиции Ребус. Я помираю с голоду. Сейчас, только найду пальто.

Ребус, весьма довольный собой, вспомнил, что и его пальто кто-то отобрал при входе. Оно обнаружилось в одной из двух спален, вместе с перчатками и — приятный сюрприз — неоткупоренной бутылкой вина. Ребус сунул бутылку в карман, расценив находку как ниспосланный свыше знак того, что она ему еще пригодится.

В другой спальне Джилл рылась в куче брошенных на кровать вещей. Под покрывалами, по-видимому, происходило соитие, и все беспорядочное скопление верхней одежды, одеял и постельного белья колыхалось и корчилось, точно некая гигантская амеба. Джилл, тихонько хихикая, нашла наконец свое пальто и направилась к Ребусу, который заговорщически улыбался в дверях.

— До свидания, Кэти! — крикнула она, выходя из комнаты. — Спасибо за вечеринку!

Из-под одеял раздался приглушенный крик — возможно, ответная любезность. Ребус, стоявший с вытаращенными глазами, почувствовал, как его твердые нравственные принципы крошатся, точно сухое печенье с сыром.

В такси они сидели на некотором расстоянии друг от друга.

— А с этим Стивенсом у вас действительно давние отношения?

— Только в его воспоминаниях. — Джилл смотрела мимо водителя вперед, на поблескивавшую мокрую дорогу. — А память у Джима уже не та.