Однако великолепно запомнила, вглядываясь в небольшой прямоугольник картонной визитки Николая Гончаренко.

Глава 3

— Да? — она сама не узнала этот хриплый и надломленный шепот. Свой…

И почему впервые ответила на звонок Николая, хотя успешно игнорировала его звонки две недели, — не знала тоже. Но ведь и в черный список не внесла. Просто наблюдала за тем, как он звонит на этот номер, о котором и не знал больше никто, кроме него и онлайн банка, счет в котором Леся и оформляла на специально купленную для этого отдельную сим-карту.

— Девочка моя… — он тоже был удивлен, кажется. Однако быстро взял себя в руки.

А еще… он знал. Леся понятия не имела, каким образом, но мгновенно осознала, что Николай Гончаренко был в курсе о том, что случилось в ее семье… которая его врагами несколько лет являлась. Наверное, не стоило об этом забывать. Но сейчас ни о чем помнить не выходило.

— Как тебе помочь, Леся? — голос Гончаренко вдруг тоже стал ниже и глуше, будто он, услышав ее хрип, испытал настоящую тревогу.

Тяжело было говорить. Она же его не знала, чтобы понимать настолько, даже глаз не видя. А все равно… странные догадки в голову лезли.

— Зачем мне помогать? — хмыкнула, отчаянно стараясь придать себе невозмутимость и вроде пытаясь понять, откуда он знает?

— Мирослава… Ее информаторы в полиции скинули новость, — только когда он тихо ответил, поняла, что всю фразу вслух выдохнула, а не подумала, как считала.

Мирослава Ульяненко.

Известная журналистка, специализирующаяся на политических расследованиях. Она немало нервы ее отцу потрепала. И тот ее… не любил. Настолько, что дал заказ на убийство, а киллер пошел на сделку со службой безопасности, испугавшись влияния того, кто успел стать мужем Ульяненко… Ах, нет, уже Гончаренко. Ее муж — брат Николая."

"И про спецоперацию СБУ неделю рассказывали на каждом канале, Леся и сейчас об этом помнила.

Так для чего Николаю помогать ей, Авраменко/Мартыновой, неважно?

— Леся, как тебе помочь, чем? — в мужском голосе появились нотки напора. Будто он понял ее сомнения, и пытался даже намек на те подавить.

И так остро вдруг захотелось вновь в его руках оказаться! Хоть бы так, как вчера. Спрятаться в его теплых объятиях, уткнуться лицом в рубашку, ощущая себя окруженной со всех сторон силой и поддержкой этого мужчины, как довелось однажды!

Предательское желание, глупое… Но насколько же сильно ее проняло! Задохнулась от того, что жизненной потребностью в эту секунду показалось!

Вот только…

— А зачем тебе помогать мне? — видимо, была настолько выбита из колеи, что вообще не таилась. Просто спросила то, что в голове крутилось.