— Освежающий напиток, — равнодушно бросил князь, отпивая из такого же бокала.

Сапфира нерешительно глотнула и едва не застонала от нахлынувших вкусовых ощущений. Это было чистое блаженство, приправленное терпкой сладостью. Нечто цветочное и тягучее. Не в силах удержаться, она пила еще и еще, не замечая, что жидкость сама собой появляется снова.

Наконец, напиток был отставлен в сторону, и принцесса подняла на князя сияющие глаза с поволокой. Он хищно улыбнулся, но этот оскал показался ей самым прекрасным из того, что она здесь увидела. С этого момента весь мир казался ей прекрасным.

Вокруг громче пели птицы и ярче цвели растения. Сама душа пела и просилась танцевать

В глубине сознания блуждала мысль, что не стоило притрагиваться к здешней пище, но она, действительно, была голодна, а еда — безумно вкусной. Каждый кусочек словно таял во рту.

Князь оказался замечательным собеседником. Он будто выплетал причудливый узор из слов, приправляя его легкими шутками и изысканными комплиментами. Сапфира чувствовала себя легко и много смеялась. Хотелось остаться здесь навсегда, и вообще казалось странным стремиться куда-то еще.

Воздух внезапно запел, словно сам по себе и вот Рей уже стоит радом с ней, протягивая большую руку ладонью вверх. Сапфира, почти не задумываясь над тем, что делает, протянула свою маленькую ручку и тут же закружилась в вихре танца.

Беседка растворилась, как и прочий антураж, остались лишь падающие сверху лепестки и звенящая музыка, чуждая, но удивительно красивая. Вокруг было лишь обволакивающее тепло мужского тела, надежные руки и литые мускулы. Его прикосновения были повсюду, он успевал ласкать ее во время стремительного танца.

Она смеялась, чувствуя, как кружится голова, как с легкостью выполняет самые сложные движения. Ее тело изгибалось, послушное его воли. Взметнувшись вверх, она падала, чтобы быть пойманной в крепкие объятия.

Возникло ощущение необыкновенной правильности происходящего, как и нежных прикосновений к ее губам. Твердые ласкающие губы, руки, блуждающие по телу и мягкость пуховой перины. И смех. Яркий радостный смех…

* * *Утром она проснулась под пенье птиц, купаясь в мягкости постели.

Нагое тело обволакивала нежная ткань простыни. Возникло необыкновенное чувство свободы и желание потянуться, словно кошка. Но, проведя руками по обнаженной груди, она вскочила, вспоминая вчерашние события. Принцесса помнила, что вела себя очень странно. Танцевала и смеялась, прижимаясь к князю, а потом позволяла себя целовать, лежа на этой самой кровати. Видимо, он ее раздел, но этого она уже не помнила, так как просто провалилась в какой-то волшебный сон, дарящий теплоту и умиротворение.