Или сегодня, как с мордой разберусь. Не волнуйся».

– Думаешь, сработает? – засомневалась Василиса. – Да черт с ним, давай, что ты там придумала?

Люся уже сидела возле телефона и набирала номер:

– Алло, здравствуйте, Игоря можно? Это ты, Игорь? Не узнал? Ну как же, а тетя Люся? Нет, не мамина сестра, нет, не подъезды мою. Игорь, хватит гадать, это Олина мама, помнишь, ты за Олей Петуховой ухаживал в восьмом классе?.. Да-да, я тебя еще тряпкой… Игорек, ты на «Столбы» по-прежнему ходишь? Что ты говоришь?! Только сегодня оттуда?! Какое счастье! Игорь, тебя горы обратно зовут… Кто мне сказал? Да никто мне не говорил, это я тебе сообщаю. Игорь, надо!.. Надо!.. Как когда, сегодня… Нет, я не думаю, что ты кретин… я понимаю, что у тебя жена, я же… Игорь, передай жене, что я не собираюсь… Не поедешь, да? Тогда я еду одна. Сразу говорю, я не знаю, как по этим «Столбам» ходить, и прямо так и напишу в своей предсмертной записке… да, Игореша, записку я на видное место положу и сообщу в ней, что ты меня погубил… Да, Игорек, мне говорили про больную голову… Ты едешь? А у тебя машина есть? Почему это ты ее не возьмешь? А у нас денег на дорогу нет… Да нет, не с бригадой умалишенных, со мной только одна подружка… Подъезжай… Сейчас же, время не ждет.

– Ну? Подъедет? – не дыша спросила Василиса.

– А что ему остается. Я его, Васенька, шантажировала.

Потом ни Люся, ни Василиса не любили вспоминать, как они добирались до заповедника. Сначала Игорь высказал все, что думает об их затее, затем успокоился немного, но был отчего-то хмур и неразговорчив. Правда, стоило ему увидеть очертания скал, как лицо его приобрело совершенно блаженное выражение.

– Вон Дед. А вон и Бабка…

– Ну не скалы, а дом престарелых прямо… – ворчала Люся.

Она чувствовала себя не лучшим образом. По заповеднику требовалось много шагать, а этого как раз Люсенька не жаловала, да и обувь… Василиса, конечно, выделила ей свои старые кроссовки, но разве в них далеко уйдешь? Того и гляди, либо ноги перекалечишь, либо обувь потеряешь… А у Люси нога только-только нормально ходить стала…

– Все, дальше пешком, – все больше расцветал бывший Ольгин одноклассник.

И они побрели. Люся вопреки ожиданиям шла бодро и терпеливо, а вот Василиса стала хныкать и поскуливать уже на первом километре.

– Лю-у-у-ся-а-а, ну давай мы покричим эту Наташу? Ну, может, она сама к нам выйдет, а?

– Не выйдет! – пыхтела Люся. – Если бы могла, она бы уже и без нас куда-нибудь вышла.

– И-и-иигорь, – продолжала недостойно канючить Вася. – Долго нам еще до этого Дряхлого Доходяги?

– Скоро уже придем, Василиса Олеговна.