Что там сказала Агния? Прямо по коридору. Направо… Ага, вот. Неприметная дверка с табличкой: «Техперсонал».

Вероника толкнула дверь и оказалась в помещении размером с комнату в общежитии. Ведра, швабры, штабеля туалетной бумаги и полотенец, тележки, чистящие средства.

На стуле, который, судя по виду, был списан со съемочной площадки, сидела одетая в темно-серую форму женщина азиатской наружности. Когда дверь открылась, она отхлебнула чая, да так и замерла с глупым выражением лица.

— Стоять! — Вероника ворвалась внутрь, как ураган. — Ела?!

Уборщица держала в правой руке знакомое пирожное.

— Чито? — переспросила, не сразу проглотив чай.

— Это — ела?! — рявкнула Вероника, указывая на пирожное.

Только что исполненная решимости, она вдруг поняла, что не хочет, не может к нему прикасаться. От кулинарного шедевра словно бы веяло холодом, и казалось, что одно касание может отнять от жизни пару лет.

На колене у женщины лежала салфетка. Вероника схватила ее и забрала-таки пирожное — почти вырвала из толстых, мясистых пальцев. Положила на бортик мойки.

Женщина что-то неразборчиво забормотала. Вероника села перед ней на корточки, вцепилась взглядом. Раздельно проговорила:

— Ты. Ела. Пирожные?

— Не брала! — замотала головой та.

Ишь ты. Когда надо, все понимает. Мгновенно смекнула, что к чему.

— Я не брала! Наташа давала.

— Стоп. Какая Наташа? Кому давала?

— Наташа. Сменщица. Я пришла, она ушла.

До Вероники дошло, что женщину сейчас больше всего тревожит перспектива получить втык, а то и увольнение за поедание реквизита. Однако первый испуг быстро прошел, и уборщица нахмурилась:

— А вы — кито?

— Конь в пальто! — заорала Вероника. — Наташа — это вторая уборщица, так?

Женщина покивала.

— И где она?

Уборщица захлопала глазами. А у Вероники случился щелчок, вызвавший прозрение. Нечасто, но приходилось ей бывать в подобных помещениях до переезда в Москву. Кто бы ни обитал там — грузчики, уборщики, заводские рабочие, — один элемент практически всегда, так или иначе, присутствовал. И чем выше рангом предприятие, тем больше пользы из него можно было извлечь. Потому что на серьезных предприятиях вопросы должны решаться быстро и эффективно, а не «щас поищем, где-то вроде было».

Вероника встала, крутанулась на каблуках, скользя взглядом по стенам. Ничего, ничего, ничего… Ну вот, конечно, дверь!

К двери скотчем были приклеены два файлика с двумя листами бумаги. Верхний — график. В столбик — имена, в строчку — даты. А ниже — еще один список имен, тех же самых, но с номерами телефонов.

Что-то лопотала уборщица. Вероника, не обращая внимания, бросила ей: «В пирожном яд! Не трогай», — будто малого ребенка пугала, а сама начала набирать номер, написанный против имени «Наталья».