И Вероника оказалась здесь с целью совершенно конкретной."

"Улика! Вот что ей нужно, чтобы заставить полицейских обратить на себя внимание. Оглядевшись по сторонам и никого не увидев, Вероника прошла мимо камер и оказалась в кухне.

Посреди помещения стоял большой стол, на нем лежала круглая дощечка, а в дощечку были воткнуты длинные деревянные шпажки, унизанные крошечными пирожными. Пять шпажек: с белоснежными, розовыми, кофейными, лимонными и светло-зелеными произведениями кондитерского искусства. «Творение Олега Корсакова», — поняла Вероника. Которое Ильичев не только не попробовал, но даже увидеть не успел.

А выглядели пирожные восхитительно. И никаких сомнений в том, что на вкус они тоже бесподобны, у Вероники не было. Она с трудом заставила себя вспомнить, зачем вообще сюда пришла…

Так, сосредоточиться! Если эти пирожные здесь, значит, должны быть и другие. Те, которые приготовил Живчик… Вероника беспомощно огляделась по сторонам.

Это была профессиональная кухня, а не коммунальный бардак в студенческой общаге. Здесь, несмотря на то, что трудилось аж несколько поваров, царил порядок.

Не то место, где что-то может затеряться.

Сердце быстро и нехорошо забилось. Как множество раз было тогда, в деле Сигнальщика: ощущение, что рядом с тобой — убийца, человек, который перешагнул черту. И больше того — остановить его можешь только ты. Странное ощущение — пугающее, но в то же время будоражащее.

— О, привет еще раз, ты чего тут? — послышался удивленный голос Агнии. Она тоже зачем-то пришла на кухню.

— Где пирожные? — спросила Вероника.

— А? — Агния даже не повернула головы на вопрос. Она тут была по своим делам и на Веронику перестала обращать внимание сразу после формального приветствия.

Рассеянно озиралась по сторонам. — Слушай, там, правда, полиция уже разбирается. Шла бы ты, пока не припахали… Знаешь ведь, как бывает… Им лишь бы сцапать кого, а там уже смотреть будут… На кого можно повесить побольше, на того и повесят…

На этот счет Вероника не парилась. Потраченного времени будет, конечно, жаль, и концерт совершенно точно придется пропустить. Но «повесить» на нее что в голову взбредет у полиции однозначно не выйдет. По крайней мере, до тех пор, пока на ее стороне работает Тимофей — недавно разжившийся абсолютно легальными адвокатскими корочками.

— А где пирожные, которые приготовил этот… — Вероника осознала, что так и не запомнила имени-фамилии Живчика. — Ну, второй. Не эти, а другие, — указала она на шпажки.

Мысленно взвыла: «Блин, я как будто язык только вчера учить начала!» Но Агния вопрос поняла. Повернулась, в глазах сверкнул интерес:

— Да что вам всем так дались эти пирожные?

Веронике захотелось стукнуть Агнию по голове.