Люк деликатно опустил глаза к говядине в зеленом горошке и не поднимал их, пока все не разместились за столом.

- При отступлении из дворца лорд Ρозенфорд был так любезен, что не оставил нас с братом и других заключенных в камерах, - рассказывал Дьерштелохт. – Нас под конвоем вывезли вместе с сотрудниками Управления безопасности,и мы присоединились к отступающей армии. Но армия за какую-то неделю была уничтожена. Розенфорд в одном из

последних боев приказал выдать нам оружие и разрешил встать в строй. Его убили, наш отряд тоже был разбит. Мы с Φридо попали в плен, - его изуродованное шрамами лицо дернулось, – но через несколько дней нам удалось отбить оружие и бежать. Фридо погиб, прикрывая меня. Мне же удалось добраться до Рудлога,и вдоль границы я дошел до Φорштадта. Диана уже готовилась к войне, но иномиряне появились у княжества на неделю позднее меня. Мы успели организовать оборону.

- Мы думали, здесь командует ваш отец, старый князь, – сказал Люк княгине, отдавая должное той самой говядине.

Лицо леди Дианы помрачнело.

- Отец не успел до нас добраться. Он выслал к нам жену с моим младшим братом, а сам с небольшим отрядом и министрами встречал иномирян у границы… хотел договориться, соблюсти нейтралитет, чтобы княжество не трогали, - она встретила недоумевающий взгляд Люка и пожала плечами. - Я была против, но разве он слушал меня? Отец всегда умел торговаться. И если мой дед и предки до него привыкли к войне, отстаивая княжество, то он ценил мир и не стеснялся продаться кому угодно ради него. И продать кого угодно, – горько добавила

она. - Я не могу его судить: деда убили в последней стычке Инляндии с Блакорией за Форштадт. Страх войны всегда витал над нами. Но попытка договориться не уберегла ни моего отца, ни княжество. Его голову с прибитым ко лбу требованием сдаваться cбросили к дворцу, когда до вступления иномирян в Мьелнхольн оставалось три дня.

- Сочувствую, - проговорил Люк.

- Ничего, - жестко сказала леди Диана, бледнея ещё сильнее. – Он получил, что заслуживал. А мы теперь выходим из укрытий и даем иномирянам то, что заслуживают они.

- Вы изменились, ваше сиятельство, – с сочувствием отметил Дармоншир. – Видимо, вам нелегко пришлось.

Барон Альфред бросил на него предупреждающий взгляд.

- Вы тоже, не так ли? - печально улыбнулась княгиня. - Нам всем пришлось измениться, стать сильнее… и умнее. Да, было нелегко, но моему народу, к счастью, повезло чуть больше, чем остальным инляндцам. Форштадт – это земля шахтеров, герцог. Здесь взрывчатки всегда было больше, чем во всей остальной Инляндии,и каждый человек, исключая младенцев, хоть раз держал в руках кирку. У нас уже были уровни, которые нас защищают.

- Но как они появились? - заинтересовался Люк.