На центральной площади каждого Люк видел виселицы и пропитанные кровью кресты для экзекуций — к таким же привязывали серениток в ангаре, в котором держали Берни и других пленных. Сейчас ни повешенных, ни наказанных не наблюдалось.

По улицам, заваленным мусором и нечистотами, сновали иномиряне, тренировались под окрики командиров, сидели у костров в зеленых дворах, по-хозяйски заходили внутрь маленьких домиков. Почти все — одетые в туринскую одежду поверх своих туник или инляндскую военную форму; у многих Люк заметил туринское оружие. Местных жителей почти не было видно: лишь несколько раз взгляд Дармоншира падал на дряхлых стариков, ковыляющих по улицам или вяло копошащихся в огородах. На них не обращали внимания.

У въезда в один из городков, прямо на трассе выстроились туринские артиллерийские орудия и танки. Немного, штук тридцать самых разномастных, но явно приехавших сюда своим ходом — никакой раньяр их бы не поднял. За ними ухаживали — рядом и в кабинах виднелись люди, значит, нашлись те, кто показал, как ими управлять. Их охраняли — вокруг тучей кружили раньяры. Одно из орудий разворачивали — то ли для тренировки, то ли для пристрелки, — и рядом лежал ящик со снарядами.

Захотелось прямо сейчас ударить по пушкам вихрями. Или стащить хотя бы несколько на форты под носом врага.

""У меня другая задача, — напомнил себе змей с сожалением. — Рано. Не нужно сейчас привлекать к себе внимание""."

"Между городками на бывших пшеничных полях разместили загоны для инсектоидов, сколоченные из древесных стволов и разделенные широкими тропками. От верещания охонгов и гула раньяров закладывало уши даже на высоте, и ветер поднимал вверх удушливый запах муравьиной кислоты. У одного из загонов Люк увидел несколько искореженных трупов на тачке: судя по разномастной одежде, это были иномиряне, и их тела деловито перебрасывали через ограду возбужденно повизгивающим охонгам. То ли наткнулись на мину, то ли пытались сами освоить гранатомет.

То, что трупы и своих, и чужих скармливают инсектоидам, Дармоншир уже знал из допросов пленных, как и то, что насытившаяся один раз тварь может долгое время обходиться без пищи и при этом не нападать на своего всадника. Если тот соблюдает технику безопасности, конечно. Но герцога больше интересовало количество живой силы. Тха-охонгов оказалось не больше сотни — видно было, что иномиряне поиздержались, потому что при нападении на Дармоншир гигантов было более трех сотен. Но это не сильно утешало: они и в одиночку представляли огромную опасность.

Зато мелких охонгов и раньяров было очень много — видимо, в основном именно их подтягивали от столицы.