– Существенное замечание! – нервно смеюсь, надеясь не сорваться в истерику.

– Исполнишь свою роль, как делала, по твоим словам, не раз. Приди в себя. И, в конце концов, называй меня на «ты»! Ты хвасталась тем, какая ты отменная актриса, докажи это. Я не люблю, когда бросают слова на ветер.

Он крепко держит меня за предплечья, стискивая их грубыми пальцами. Еще немного надавит – и останутся жуткие синяки. У меня всегда была слишком тонкая и нежная кожа.

Я выворачиваюсь из его навязанных объятий, но он снова ловит меня уже за талию, притягивает к себе, впечатывая в твердокаменное тело, захватывая в жаркий плен. – Привыкай быть ко мне близко, очень близко, – говорит на ухо хриплым шепотом, отодвигая в сторону массу волос, горячая волна бежит по коже, остуженной ночным прохладным воздухом. – Ты что, думаешь, моя жена от меня так дергалась? Веди себя соответствующе.

От близости этого чужого страшного мужчины я превращаюсь в жидкий металл, чувствую, как плавлюсь изнутри, а мозг расплывается в желе. Горячие стрелы пронизывают тело, концентрируясь внизу живота. Странная, извращенная и уродливая реакция на агрессию и угрозы.

Да-да, кажется, я та самая плохая девочка.

Кто-то хмыкает сбоку, вынуждая очнуться, стряхнуть морок. Нас, кажется, снова торопят, Басманов будто нехотя отпускает меня и тут же берет за руку, переплетая пальцы, чтобы вести в ресторан.

– Подождите! Мы не обсудили самое главное, – говорю я тихо и оглядываюсь вокруг.

Кортеж по меньшей мере из пяти машин окружает нас плотным кольцом. Человек десять охранников дежурит подле нас, создавая защитный кордон. Меры безопасности как у президента.

Один взмах руки Басманова – и охранники, как послушные деревянные солдатики, разворачиваются к нам спинами, отшагивая назад.

Теперь наш разговор будет строго конфиденциальным.

– Да, я вашу жену заменяла не раз, но мы с ней не общались каждый день. Я не знаю, когда она пропала, я не следила за обновлением ее инстаграма и не общалась с ее продюсером. Вы должны сказать хотя бы что-то, иначе я попаду впросак. Сколько времени она не появлялась на радарах? Что она делала последние дни перед исчезновением? Может быть, записала песню. Или попала в больницу, или поехала к родственникам. Вы должны сказать, потому что мне могут задавать вопросы. Я не должна растеряться в присутствии посторонних людей.

Басманов мрачнеет на глазах. Но он не в силах отрицать мою правоту. Вижу по глазам.

– Роксолана пропала три недели назад. Естественно, вместе со своей охраной. Она уехала снимать клип за границу, но точно вернулась. А вот после аэропорта ее след затерялся. Охранников нашли убитыми в лесу, рядом обнаружили два автомобиля.

Ахнув, я прикрываю рот рукой. Совсем не такого я ожидала.