– Это сейчас Милада Смолякова миллионами проданных книжонок хвастается, – протянул Кузя, – сто лет назад по-другому дела шли.

– Лучше вернемся к интересующей меня книге, – остановила я парня, который вознамерился прочитать мне лекцию.

– Какое количество томов нынче находится в чьих-то библиотеках, неизвестно, но не стоит рассчитывать, что можно спокойно приобрести сборник, – тоном престарелого профессора, вещающего перед первокурсниками, продолжил Кузя. – У московских букинистов его нет. Никто из книголюбов от этого не страдает, особой популярностью сказочки не пользуются.

Если хотите почитать их, топайте в библиотеку имени Владимира Булгакова, там эта книга есть вместе с кучей других редкостей. Если хочешь купить уникум, могу посоветовать повесить в том же хранилище объявление, там клуб обожателей печатного слова, у них сайт в Интернете. Вот, слушай: «Ищу басни Мефодия Баумгарта, тысяча семьсот восемьдесят шестой год. Куплю дорого или обменяю». У тебя вроде филологическое образование?

– Изучала иностранные языки, естественно, и литературу, – ответила я, – русскую вкупе с зарубежной.

Но кто такой Мефодий Баумгарт, понятия не имею. И всегда считала, что писателя Булгакова звали Михаилом.

– Ща гляну, – пообещал Кузя.

– Можешь не беспокоиться, – остановила я его. – Автор «Мастера и Маргариты», «Белой гвардии», «Собачьего сердца», пьесы «Дни Турбиных» Михаил Афанасьевич Булгаков родился в тысяча восемьсот девяносто первом, а скончался в тысяча девятьсот сороковом году.

– Но он же не монополист на эту фамилию, – резонно возразил Кузя. – Вот, нарыл. Владимир Егорович Булгаков, ученый, психиатр, профессор, преподаватель, автор книг по психиатрии, в частности выпустил научно-популярное пособие «Как помочь семье больного».

Книголюб, владелец обширного собрания печатных редкостей, завещал открыть после своей смерти музей, что и выполнили. Вот там есть твои «Старинные сказки Нормандии». Так, пара секунд… ага, вот содержание. В томе десять легенд. Кошелек, который заглатывал владельцев, зеркало, где хранилась душа убийцы, расческа, лишавшая тех, кто ею пользовался, памяти, перчатка…

– Можешь остановиться, я отлично помню эти истории, – сказала я.

– Жутковатые сюжеты, готовые сценарии для триллеров, – протянул Кузя. – Нашим кино– и теледеятелям надо пошарить в библиотеках, найдут кучу давным-давно забытых произведений. А то все одно и то же по зомби-ящику. Короче, если нужны сказки, езжай в библиотеку, адрес я тебе эсэмэской отправил, а где купить том, не знаю.

– Подскажи адрес ресторана «Фасоль», – сменила я тему.

– Сейчас сброшу, – пообещал Кузя.

В харчевне, где работала Ирина Соловьева, было не протолкнуться от посетителей.