Чуть не падая, она ринулась в прихожую и, даже не взглянув в глазок, распахнула дверь.

– Здорово, маманя! – сказал первый из вошедших, коренастый крепыш, и, по-хозяйски отстранив с дороги Веронику, пошел в квартиру, щурясь на стены. Второй двинулся за ним.

– Вы… вы кто?! – крикнула Вероника, и тот, второй, впечатал ей в лицо пятерню. Грязная перчатка надвинулась на нее, как будто сама по себе, стало больно глазам и щекам, и Вероника завалилась под вешалку.

– Ну чего, маманя? – громко сказал первый из комнаты. – Будем за жизнь с тобой базарить!"

"– Вы… кто? – прохрипела Вероника из-под вешалки.

– Да никто! Базарить, говорю, будем, маманя?!

Вероника стала подниматься, на голову ей обрушилось пальто и еще что-то, и тогда первый выглянул в прихожую и подмигнул ей.

– Чего-то у тебя везде бардак, маманя! В кухне помойка, здесь тоже! – и ногой в шнурованном солдатском ботинке поддал пальтецо. Оно подлетело.

Он огляделся по сторонам, посмотрел вверх, на ветхую люстрочку, дававшую не слишком много света, на вешалку, потом протянул руку, снял с полки тяжеленную фарфоровую вазу, бабушкин подарок, поднял повыше и уронил Веронике на ногу.

Вероника взвыла и дернулась. Должно быть, он раздробил ей все кости. И эти кости брызнули в разные стороны и проткнули внутренности. Похоже, они проткнули даже глаза, потому что все вокруг потемнело.

– Мамань, ты глазки-то открой, – посоветовал ей сверху ненавистный голос. – Погляди на меня, швабра старая! – вдруг рявкнул он, и Вероника распахнула глаза.

В клубе «Самаритэн Чикс» – или «Синема Чиз», что ли, – было не протолкнуться. Музыка гремела, свету было мало, сигаретный дым висел плотным облаком, как туман над горным озером.

Охранники железной плоской палкой водили вверх-вниз вдоль всех входящих.

– Олег Петрович! – плохо различимый в грохоте, возопил Гена.

– А?!

– Я говорю, не поеду я никуда! – Он орал, а Олег его почти не слышал. – С вами останусь!

Олег не стал препираться, только махнул рукой.

Охранник жестом пригласил его пройти через рамку, и он послушно прошел. Рамка истерически заверещала.

– Ключи, телефон, жвачку, все на стол, – проорал охранник. – И еще раз пройдите!

Олег кивнул и пошел внутрь.

– Эй!! – закричал охранник. – Эй, стой, кому говорю!!

Олег и ухом не повел.

Это была Генина проблема, и его совершенно не интересовало, как именно тот ее будет решать.

Гена решил ее очень быстро, потому что ровно через секунду оказался у него за плечом.

– Давайте пальто!

Олег скинул ему на руки пальто. В адском освещении метались какие-то тени, патлатые и странно одетые молодые люди, целая толпа, курили перед входом в зал, девушки стайками проносились туда и обратно, музыка грохотала, с потолка свисали какие-то длинные штуки, похожие на фаллические символы, – дизайн.