Да, это был он, кажущийся еще более огромным и грозным, потому что явился сюда в длинной бесформенной шинели.

Алана видела, как он остановился возле жаровни, потом выругался, опрокинул ширму на пол и оттолкнул ногой жаровню подальше от камеры. Проделав это, он посмотрел на свою пленницу и со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы.

Последовавший за этим поток ругательств был столь витиеватым, что Алана не уловила и половины. А также не залилась стыдливым румянцем, поскольку ее лицо и без того было красным от жары. Она поняла, что пора собраться с силами. Капитан уже открывал дверь, чтобы войти в камеру.

Но она все еще была слишком вялой, чтобы отреагировать.

Он подхватил ее на руки и вынес оттуда. Это обеспокоило ее настолько, что она обрела дар речи, прошептав:

– Поставьте меня.

– Я отнесу тебя охладиться.

– Значит, вы не собирались растопить меня?

– Не таким же образом!

Вспомнив его реплику о том, что она тает в его объятиях, как масло, Алана сообразила, что он имеет в виду не жаровню. Но прохладный ветерок, обдувавший Алану, пока капитан быстро нес ее по проходу, не вывел ее из ступора.

Это сделал снег снаружи, заставивший ее открыть глаза. Он вынес ее во двор, к своему жилищу. В темноте беззвучно валил снег. На Алане он таял мгновенно, не задерживаясь на ее разогретой одежде. Но вскоре это грозило смениться ознобом из-за холода на дворе.

– Хотите застудить меня до смерти? – пролепетала она.

Он фыркнул:

– Будь это настоящая зима, то я бы подыскал сугроб побольше, чтобы бросить тебя туда. Прекрасный способ охладиться.

– Никаких сугробов тут нет. И поставьте меня наконец.

– Босиком на снег?"

"Только сейчас Алана вспомнила, что на ней нет ботинок, хотя одета она куда приличнее, чем в прошлую их встречу.

Но снежинки, вившиеся вокруг лица Кристофа, напомнили ей и другую встречу. Боже правый, да это же тот самый грубиян, которого она видела на горной тропе! Вот, значит, с кем она имеет дело? С человеком, бесцеремонно лапавшим ее, чтобы позабавить своих подчиненных? Ну конечно! Можно было узнать его уже по тому, как он измывался над ней на протяжении целого дня! А ведь он знал! Почему же не сказал ничего, когда она описала ему их встречу и рассказала о браслете, похищенном одним из его людей?

Он не стал дожидаться ответа Аланы или вообще не рассчитывал на таковой, а просто занес ее обратно и пошел по знакомому коридорчику, ведущему из гостиной в каземат.

Алана вся сжалась, но он не понес ее в камеру, а остановился между двумя дверями посреди зала, одна из которых была открыта. Быстрый взгляд, брошенный туда, позволил определить, что там находится кухня. При виде Аланы повар удивленно поднял брови. Борис тоже сидел там, облокотившись на кухонный стол.