Я побежала за ним, как собачка, которой хозяин отдал приказ «Ко мне», оступилась на пороге и полетела бы носом в пол, но вампир поддержал, вмиг оказавшись рядом, и так же быстро отстранился, едва вернул меня в вертикальное помещение.

Внизу меня ждали вчерашние охранники и личный секретарь князя, который, едва я спустилась по стремительно восстанавливаемой рабочими лестнице, шагнул ко мне и произнес:

– Доброго утра, княгиня. Мне бы хотелось уточнить, по поводу вчерашних косметических процедур, и…

И я его не слушала.

Я стояла босиком на полу, и смотрела на рабочих, которые суетливо устраняли последствия вчерашнего погрома.

Ключевое слово «были».

Сейчас же на шее у каждого из них виднелись кровавые отметины – их обратили. Похоже сегодня.

– Заткнись.

Вдруг очень тихо сказал Навьен.

Я еще ничего не сказала, но видимо взгляд у меня был выразительный очень. И когда я перевела его на тысячника, он ожесточенно повторил:

– Просто заткнись.

Мне протянули серьги. Все те же – светлое серебро с сапфирами. Молча вдела в мочку уха.

Молча вышла вслед за Навьеном.

Молча спустилась по ступенькам, стараясь не наступить на места, где еще оставались потеки крови.

Молча села в автомобиль, устроившись на заднем сиденье.

Вампиры так же молча расселись, Навьен занявший кресло водителя, плавно тронулся, чтобы разогнавшись за несколько секунд, промчаться через открытые ворота, оглашая визгом тормозов и копотью шин, спуститься по дороге вниз с холма и резко сбросить скорость, едва мы подъехали к городу.

Это тронуло. Не знаю почему, и то что приехали к дому, в котором находилась моя квартира тоже.

А вот дальнейшее уже не трогало ничуть.

– За нами хвост, – произнес тысячник, взглянув в боковое зеркало.

И я вдруг поняла, что всю дорогу смотрела на него, только на него… вообще потеряв окружающее пространство, иначе слежку я заметила бы тоже.

– Серьги сними, – вдруг приказал Навьен.

Подчинилась безоговорочно.

Протянула было на ладони ему, но…

Навьен не смотрел на меня, напряженно вглядываясь в два догоняющих нас автомобиля, которым на всех окружающих было совершенно плевать – это утро, во дворе были мамы с колясками, дети, пожилые люди…

– Каиль, нас взорвут, – напряженно сообщил Навьен.

– Здесь?! – сорвалась на визг я.

– Ты не меняешься, – съязвил тысячник.

И мотор взревел.

Мы уходили на огромной скорости, нарушая правила, выходя на встречку, слетая с мостов, сломав ограду на эстакаде. Безумная скорость, повороты резкие настолько, что если бы не вампиры, я едва ли выжила бы в этой гонке, и абсолютно спокойный даже какой-то расслабленно-небрежно-равнодушный Навьен.