Слишком часто взывают к Тьме, оттого однажды она может не выпустить из объятий.

Тамирис повернулась и наткнулась на хмурого десятника. Запоздало подумала, что надо было, наверное, простого вояку как-то подготовить. Слишком много чудес и невероятностей за один день. Который к тому же еще не кончился.

- Э… прости. Это волхв, муж Леры. Ты, наверное, про него слышал? Он несколько… предубежден против меня. И я предположила, что он захочет за мной присматривать.

- Предположила? - скептически поднялась густая бровь.

- Ладно, была уверена. Он ехидный и подозрительный. К тому же любит все контролировать.

Его силу я чувствовала лопатками всю дорогу, едва только мы выехали из города.

- Раз присматривает, значит и придет, чтобы помочь, при случае?

- Я отказалась от его помощи. И дальше, чем этот поселок, он не пройдет. Ни он, ни кто другой из светлых. Иначе рискует стянуть всех неспящих в одну голодную армию.

- А мы не рискуем стянуть орду? – Велеслав взлетел в седло лошадки, что послушно стояла у амбара. Та фыркнула и неохотно переступила с ноги на ногу.

- Нет. Я нас пока прикрыла. Но когда приедем на нужное место, полог сниму, - единым текучим движением валорка оказалась в седле.

- Что за место? Где?

- Пока не знаю. Тьма укажет. Место, где я буду делать то, что должна.

Сказала спокойно без хвастовства. А ему жалость нутро обожгла. И стыд. Гадко это и неправильно, что все тяготы на ее хрупкие плечи лягут. А он что? Дурнем бесполезным стоять рядом будет? Стыдоба.

- Почему спасла этого мальчишку? Пожалела?

- Мы, темные, лучше всех знаем, насколько ценен дар жизни. Нет ничего важнее. Чем больше на земле будет живых и счастливых – тем менее у нас будет работы.

[1]Балаш– на валорском - малыш, ребенок, сын.

Умилительное обращение именно к мальчику.

Глава 18.

Место валорка нашла, когда темнеть уж начало. Вывела их на большую поляну на берегу болотца с чахлыми березками и ольхами. Деревца гнулись к земле, словно стыдясь своих корявых, узловатых веток. А никак по-другому болоте не вырасти. Травит сызмальства своим смрадом, или умри, или подчинись. Только люди не сгибаются."

"Чтобы чем-то занять воина, Тамирис приказала сначала увести лошадей подальше, да привязать крепче. Предварительно закрыла им уши нехитрым заклятием, чтобы не шарахались от посторонних звуков.

А шумно будет – это она знала точно.

Пока же было тихо. Болото, словно живое, вздыхало и чавкало где-то вдали, будто предчувствуя что-то. Подальше от берега, меж мертвых стволов, замелькали болотные огоньки. Те, что заманивают незадачливых ходоков. Но едва Тамирис начала подготовку – как и они пропали. Живое – оно чувствует наступление Тьмы и бежит, не разбирая дороги.

Когда Велеслав вернулся, девушка вновь чертила на поляне круг. На этот раз больший, метра четыре в диаметре.