Получается, что все хорошо складывалось, а тут эвон, нарисовался! Папаша злобный, хочет наш Миргород без веселой свадьбы и наследников оставить! Да мы его...!

Армия валорская отступила от городских стен и встала в полях, подалее, чтоб не мешать торговому и ремесленному люду. И не злить понапрасну горожан. Но лагерь разбили по всем военным правилам – с низким ощетинившимся наружу частоколом и дозорными.

Подъехавшего князя пропустили внутрь без промедления. Воины внутри провожали его глазами, уважительно цокая, смелость у валоров ценилась более всего. Стражники поглядывали на всадника настороженно, но проводили до второго – внутреннего, более охраняемого лагеря. Там на входе его ждал старший среди бейлюков. Тот, кто привез приглашение кагана.

- Долгих лет, тебе князь, - поприветствовал воин, кланяясь.

- И тебе здравия, Ришад, - кивнул он пешему воину. В глазах того мелькнуло удивление, что его имя запомнили, но тем не менее он уважительно поклонился. Одет был также как и утром, разве только богатые наручи и пояс выдавали в нем не последнего в армии кагана.

Подхватив под уздцы коня, Ришад повел его вглубь лагеря. Здесь было не в пример чище, воины сновали в добротной дорогой одежде. Кругом царил идеальный порядок, насколько он может быть в походных условиях. Чем ближе подходили к центру, тем безлюднее становилось – лишний раз на глаза правителя никто не хотел попадать. Да и холодно было на дворе, дождь вперемешку с ледяной крошкой сыпал с неба.

К шатру кагана, раскинувшему хищные черные крылья в центре, вел настил из свежесрубленных досок. При нынешней погоде – незаменимое дело, чтоб по колено в грязь не провалиться.

Перед входом в шатер стояли два огромных стражника с копьями и в полном боевом облачении. Велеслав неторопливо спешился. Охранники покосились на меч князя, но Ришад отрицательно мотнул головой, и они смолчали. Да и не отдал бы он им оружие, даже если бы рискнули попросить. Провожатый откинул расшитый войлочный полог и сделал приглашающий жест. Пора. Сейчас все и решится.

Не колеблясь, князь переступил порог. Теплый воздух пахнул в лицо, вызывав оторопь. В шатре было почти жарко от нескольких жаровен с алеющими злыми всполохами углями. Так вот в кого Тами такая мерзлячка! У дальней стены стоял поблескивающий в лучах многочисленных светильников золотой, украшенный резьбой и каменьями трон. На нем восседал еще не старый мужчина с неприятно-надменным лицом. Высокая массивная золотая корона, казалось ничуть его не тяготила. Поверх лежал традиционный плат благородного голубого оттенка. Массивные золотые украшения опускались на грудь, смешиваясь с золотым узором богато расшитых одежд.